— Ты все равно одна живешь. Собака скрасит твое одиночество, — подруга отказывалась забирать свою Жульку домой

Говорила я Настюхе, подруге лучшей, что не надо ей брать собаку домой.

— Если тебе так жалко животных в приюте, стань волонтером, помогай в свободное время. Но заводить собаку при твоем графике работы это чистое безумие, — увещевала я Настю.

Та отмахивалась. Ничего, мол, ты не понимаешь. Собака это друг и компаньон.

— Я когда домой прихожу и вижу Жулькины глаза, жить заново начинаю! Тебя вот кто-то встречает с работы так же радостно? Нет, конечно. Живешь как сыч, скоро по-сычиному ухать начнешь, — твердила свое подруга.

Я только головой качала. Ну-ну, не было печали, купила баба порося.

Подруга, правда, на жизнь с собакой не жаловалась. Даже с удовольствием делилась, как приятно утром выйти на прогулку.

— Ты росу на траве давно видела? А воздух какой по утрам! Хоть ложкой ешь! — восторгалась Настюха.

Ладно-ладно, отвечала я, посмотрим, как ты осенью да зимой запоешь, когда начнутся дожди и морозы. Не так-то весело будет по темноте с псиной шарахаться, злорадно думала я.

Хотя мне-то какое дело, говорила я себе. Меня это не касается. Кто бы знал, что потом меня это так коснется, что мало не покажется!

Отправили Настю в командировку, на три дня в столицу. Куда деть Жульку? В приют обратно сдай, посоветовала я подруге.

— Ты что, рехнулась? У моей девочки только-только закончился период адаптации. Ты хочешь, чтобы она снова испытала стресс? — ужаснулась Настя.

— Найди тогда платную передержку. Или попроси кого-нибудь, чтобы приходили и гуляли с твоей драгоценной Жулей, — пожала я плечами. И снова не угодила подруге.

— Я никому свою малышку доверить не могу! Кто знает, что за люди занимаются платной передержкой. Доверять можно только своим людям, — сказала подруга и как-то косо на меня посмотрела.

— Что ты хочешь этим сказать? — насторожилась я.

— А то и хочу сказать, что ты, как моя лучшая подруга, должна взять Жулю к себе на время. Только так я буду спокойна! — выпалила Настя.

Я чуть не упала. Где, спрашиваю, я, а где твоя собака.

— Я вообще собак не люблю, — добавила я, пытаясь достучаться до подруги.

— Ничего страшного, привыкнешь. Жулька у меня знаешь, какая контактная! Ее все любят, — ответила Настя.

Как я ни сопротивлялась, но собака подруги все равно оказалась у меня дома. Знаете, не обманула Настюха.

Жулька действительно не доставляла проблем. Гуляла чинно, дома вела себя более чем прилично. Умная животина, что ни говори.

Но все равно возвращения подруги я ждала с нетерпением. А она, приехав домой, ко мне не торопилась.

— Сегодня так устала на работе, давай я лучше завтра приеду. Пусть Жуля у тебя еще денек поживет, — кормила меня завтраками Настя.

Через неделю обещаний подруга мне вообще такое выдала, что я до сих пор отойти не могу.

— Да пусть Жулька у тебя остается, раз вы с ней так поладили. Ты все равно одна живешь, а так у тебя хоть компания будет. Скоро совсем одичаешь в своей берлоге, — сказала подруга, когда я в очередной раз попросила ее забрать собаку.

У меня аж язык отнялся, как я эти слова услышала. В смысле, спрашиваю, пусть у меня остается.

— Если бы я хотела завести питомца, то хомячка бы купила, а не собаку, — ответила я.

Настя фыркнула. А что, мол, купи и хомячка, пусть у тебя целый зоопарк живет, все веселее будет. Юмористка, чтоб ее.

— Нет, — отвечаю я, — так дело не пойдет. Собака у тебя, я признаю это, неплохая. Но жить с ней у меня нет никакого желания.

Подруга сделала козью морду. Что, мол, ты опять начинаешь.

— Подожди еще пару дней. У меня на работе завал! Вот разгребу и заберу Жульку домой.

Через пару дней, как можно догадаться, дело с места не сдвинулось. Собака сидела у меня дома, Настюха непонятно чем занималась.

Тогда я решила, что пора с этим балаганом заканчивать.

— Значит, так, подруга. Или ты завтра же перевозишь собаку к себе, или я отдаю ее обратно в приют. Становиться пожизненной нянькой твоей псине я не собираюсь. Ты завела ее, тебе и отвечать. Хорошо устроилась, пока ты там отдыхаешь от забот, я с твоей Жулькой круги по окрестностям наматываю, — строго сказала я.

Настюха ничего не ответила. Я ругаться не стала, но руку держу на пульсе. Если подруга свою собаченцию не заберет, я с ними обеими церемониться не буду!