Ушла от вредного мужа жить к родителям, но оказалось там живет абьюзер похлеще - только маленький, пушистый и с хвостом

Родители мои принесли домой котенка, Мурзиком назвали. Он вообще не породистый. Окрас - серо-полосатый.

Отличный мальчишка растет - шкодный, озорной, но не пакостный. Туалет ему в первый день обозначили, и Мурзик с того момента начал в него ходить. Грехов за ним не водилось.

Родители живут в двухкомнатной квартире. Раньше та комната, что поменьше, была моей детской. Но я вышла замуж и переехала к супругу. С того момента детская стала пустовать.

Впрочем, пустовала она недолго - Мурзик сразу ее оккупировал. Нравился ему мой мягкий диванчик - на нем он спал по ночам. А днем предпочитал отдыхать в моем кресле. Я в принципе не возражала, а, приезжая к маме в гости, даже посмеивалась, что мохнатое чудо вытеснило меня из детской. 

Прожила я с мужем в любви и согласии примерно год. А потом Вася стал характер показывать - то чашка не там стоит, то брюки ему не погладила. Терпела я какое-то время, а когда раскритиковал супруг мой борщ, так и топнула ногой.

Развернулась и ушла. Сказала, что подаю на развод.

Родители наш расход восприняли не очень хорошо. Мать покачала головой, сказала, что из-за таких мелочей семью рушить - последнее дело.

А отец нахмурился и выдал поговорку, про глаза, которые видели “что брали”. Но в родительский дом, конечно, меня приняли.

Вернулась я в свою детскую спальню, и даже ностальгия какая-то приятная возникла. Было мне здесь хорошо и спокойно на мягком моем диванчике. Никто не храпел рядом, не светил в лицо экраном телефона.  

Уснула я моментально, вот только через несколько минут мой сон был нарушен. Мурзик, наш мягкий, добрый, покладистый, сидел у меня на груди и мял меня, будто тесто. Это могло бы быть даже приятно, вот только спать так было совсем невозможно.

Я аккуратно переместила Мурзика в ноги, но ему это не понравилось. Даже уснуть повторно я не успела, когда кот снова взгромоздился на меня.

Пошла я на кухню чаю попить, так как сна уже ни в одном глазу не было. А, вернувшись, увидела, что Мурзик спит без задних ног на моем диване, развалившись, как, простите, пьяный мужик. То есть “руки-ноги” в стороны, животом кверху.

Я аккуратно прилегла с краю, чтобы не тревожить котика. Вот только он не оценил моей деликатности. Обнаружив, что я вернулась, он вновь залез на меня и принялся громко урчать. И сдается мне, не ласки ему хотелось, а вытеснить хозяйку дивана со спального места.

Понимая, что с Мурзиком в комнате уснуть не получится, я выставила его из детской. А дверь закрыла. Однако кот поднял такой оглушительный “мяу”, что прибежал отец.

- Ты чего кота обижаешь? - напустился он на родную дочь, на меня то есть. - Это его комната, он привык тут спать. Впусти его немедленно.

С отцом спорить я не стала, взяла Мурзика в охапку, шикнула на него и попыталась вот так уснуть. Притих кот буквально минут на десять, затем продолжил “буллинг”.

Пыталась я переместиться на кресло. Оно мягкое, большое - худо, бедно и на нем можно спать, если полусидя. Но кресло Мурзик тоже считал своим, поэтому вытеснил меня и оттуда.

На кухне есть у нас кушетка. Обычно используется она, как скамейка, если приходят гости. Но на этот раз она послужила мне спальным местом. 

Взяла я подушку, одеяло, принесла все это на кухню и уснула. Здесь мохнатый абьюзер меня уже не беспокоил.

Вот так и прожила я на кухне несколько дней. Самое обидное, что мать с отцом никак не реагировали на эту ситуацию. Они как-то приняли тот факт, что младший ребенок у них теперь Мурзик. А значит, ему и место в детской. 

Еще через неделю вернулась я к мужу. Нельзя сказать, что причиной стало то, что Мурзик забрал у меня комнату в родительском доме. Но все же косвенно повлияло.

Когда Васька пришел мириться, я бы могла еще недельку повыпендриваться. Все равно бы вернулась к нему, но позже. Но жить с пушистым абьюзером было уже невыносимо.