Вместе с мужем спасли бездомного кота, но в итоге чуть не потеряли квартиру

Каждое утро, выходя на балкон с чашкой кофе, я видела его. Худой рыжий кот с белым пятном на груди сидел у подвальной решетки нашего дома. В дождь он прятался под козырьком подъезда, в жару лежал в тени кустов. 

Я стала носить ему еду. Сначала просто остатки, потом специально купленный корм. Он ел жадно, но близко не подходил, пугливо отскакивая, когда я пыталась его погладить.

— Еще одного бездомного подкармливаешь? — с улыбкой спрашивал Сергей, мой муж, видя пакетики с кормом в моей сумке.

— Он такой несчастный, — отвечала я. — И очень красивый.

Сережа лишь качал головой. Он не был против моей кошачьей благотворительности, как он это называл, но взять животное домой мы не могли. Квартира была съемной, и хозяйка Тамара Георгиевна категорически запретила держать питомцев.

— Если увижу хоть шерстинку — выселю без разговоров, — заявила она, когда мы подписывали договор.

Мы с Сережей тогда только поженились, денег на собственное жилье не было, поэтому приходилось мириться с условиями. А я всю жизнь мечтала о коте. В детстве родители не разрешали из-за маминой астмы, в студенческом общежитии — из-за правил. А теперь вот снова запрет.

Рыжик, так я его назвала, становился все доверчивее. Через месяц моих «подкормок» он уже терся о мои ноги и позволял себя гладить. А еще через неделю я заметила, что он прихрамывает.

— У него что-то с лапой, — сказала я мужу вечером. — Надо к ветеринару.

— Марина, — вздохнул муж, — ты же понимаешь, что после ветеринара его нельзя будет просто выпустить обратно? Если там что-то серьезное, ему нужен будет уход.

— Я знаю, — я закусила губу. — Но мы не можем его бросить.

Сергей долго смотрел на меня, потом кивнул:

— Завтра отвезем его в клинику. А там решим.

Поймать Рыжика оказалось нетрудно: он сам запрыгнул в переноску, привлеченный запахом любимых лакомств. В ветклинике выяснилось, что у него сломаны два пальца на передней лапе, начинается воспаление и, кроме того, он сильно истощен.

— Лечение займет минимум две недели, — сказал ветеринар. — Нужны уколы антибиотиков, специальная диета. Вы готовы этим заниматься?

Я посмотрела на Сергея. Он сжал мою руку и ответил за нас обоих:

— Да, мы берем его.

Дома я приготовила для Рыжика место в ванной. Там он был бы в безопасности и не оставил бы шерсти, если вдруг Тамара Георгиевна нагрянет с проверкой. 

Кот быстро освоился, ел хорошо, принимал лекарства почти без сопротивления. Но мне было больно видеть, как он смотрит на дверь, когда мы закрываем его на ночь.

— Он не должен так жить, — сказала я Сереже на пятый день. — Это жестоко.

— А что ты предлагаешь? — спросил он. — Мы не можем нарушить договор. Тамара Георгиевна приходит раз в месяц проверять счетчики, и она обязательно заметит кота.

Я не знала, что ответить. Мы не могли отказаться от квартиры, ведь другой вариант с таким же расположением и ценой найти было невозможно. Но и отдать Рыжика я уже не могла — он стал частью нашей семьи.

На следующий день Тамара Георгиевна позвонила и сказала, что придет проверить счетчики через три дня. Я запаниковала. Куда деть Рыжика на время ее визита? Родители жили далеко, друзья тоже не могли помочь.

— Я поговорю с ней, — вдруг решительно сказал муж.

— Что ты скажешь? — я не верила, что строгую хозяйку можно переубедить.

— Правду, — ответил он. — Что мы спасли раненое животное, что оно теперь часть нашей семьи, и мы готовы заплатить дополнительный залог за возможные повреждения.

Тамара Георгиевна пришла точно в назначенное время. Рыжик, словно чувствуя важность момента, сидел на своей подстилке в ванной тихо, как мышь.

Сергей начал разговор, пока хозяйка проверяла счетчики:

— Тамара Георгиевна, у нас есть небольшое изменение в квартире...

Он рассказал ей историю Рыжика, не упуская ни одной детали. Я стояла рядом, держа руку на плече мужа, и готовилась к худшему.

Хозяйка выслушала нас, поджав губы, потом неожиданно спросила:

— И где этот кот?

Я привела ее в ванную. Рыжик посмотрел на нее своими зелеными глазами и тихо мяукнул.

— Хм, — сказала Тамара Георгиевна, разглядывая его. — У меня в детстве был такой же. Рыжий, только без пятна на груди.

Она протянула руку, и, к моему удивлению, Рыжик доверчиво потерся о ее пальцы.

— Ладно, — вздохнула она наконец. — Можете оставить его. Но при двух условиях: вы увеличиваете залог на пять тысяч и обещаете, что он не будет царапать мебель.

— Конечно! — воскликнула я, не веря своему счастью. — Мы купим ему когтеточку!

Теперь Рыжик — полноправный член нашей семьи. Его лапа давно зажила, он набрал вес и превратился в роскошного кота с пушистым хвостом.