– Вы не понимаете, что сегодня праздник и мы не работаем? – кричала мне девушка в ветеринарной клинике

В последнее время меня просто преследуют неудачи. На работе сократили нагрузку, от чего пострадала моя зарплата. Мама заболела и не хочет лечиться. Последней каплей стали проблемы с моей собакой.

Герда – немецкая овчарка предпенсионного возраста. Со мной она уже не первый год. Это последняя память об отце, который скончался пять лет назад. И недавно она вдруг перестала есть и отказывалась гулять. Просто лежала на своем обычном месте и дремала.

А такое поведение ей вообще не свойственно, поэтому я насторожилась. Поводов впадать в панику не было, пока не открылась рвота. Вот тогда-то и пришлось брать собаку в охапку и бежать в ветеринарку.

Так совпало, что эта беда приключилась именно на Рождество, когда большинство клиник вообще не принимали четвероногих пациентов или были загружены по самое не могу.

Как назло, рвота открылась именно ночью, когда редко какой врач дежурит в ветеринарке. Я, не думая, схватила Герду и повезла ее в ближайшую клинику. Точно знала, что там работают отличные специалисты. Буквально вынесла ее на руках, ведь собака висела как тряпочка у меня на плече.

Вот только не учла, что на ресепшне сидит какая-то змея. Почти в 12 ночи завалились мы с моей Гердой в клинику. У меня уже язык на плече – попробуй потаскай эти 30 кило шерсти.

А меня завернули прям с порога как какую-то попрошайку, которая отвлекает от работы.

– Женщина, что у вас случилось? – недовольно спросила девушка за стойкой.

По ее сонному виду было понятно, что я ее отвлекла от отдыха на рабочем месте. Но мне было плевать. На первом месте у меня стояло здоровье моей собаки.

Я быстро рассказала симптомы, надеясь на скорую помощь. Но от меня пытались мягко отвязаться.

– У многих пожилых собак бывает рвота на ровном месте, – пыталась успокоить меня девушка. – Зря вы приехали в такой поздний час. Лучше возвращайтесь домой и дальше наблюдайте за собакой.

Но я все равно настаивала на приеме и осмотре, чем только сильнее раздражала девушку.

– Вы не понимаете, что сегодня праздник и мы не работаем! – наконец бросила она мне прямо в лицо. – Врач вас все равно не примет!

Странно! Даже если сегодня Рождество, то как это относится к работе клиники. Я сама видела график на дверях, там ничего не было об изменениях приема в праздничные дни.

– Тогда почему никакой информации на дверях нет? – кинулась я в бой с дерзкой администраторшей, попутно придерживая вялую собаку на плече.

– Ну просто не вывешивали табличку! – яростно заявила мне эта нахалка.

На наши шумные разбирательства из кабинета выглянул врач, попутно снимая маску с лица.

– Виктория Николаевна, в чем проблема? – обратился он к девушке, а сам глазами оценивал состояние моей Герды, которая даже голову не могла поднять от слабости.

– Да вот женщина пришла с пожилой собакой, но у них все нормально! – ответила администратор, делая упор на последнее слово. – Я их уже домой отправляю, ведь сегодня праздник.

– А это я уже сам решу, отправлять их домой или нет! – возмутился врач.

А потом просто сказал мне следовать за ним. Целый час потратили мы на сбор анализов, осмотр и исследования. Оказалось, что Герда чем-то отравилась, хотя я рьяно слежу за ее питанием.

– Не волнуйтесь вы так! – успокоил меня ветеринар. – Такое случается. Собака пожилая, могла и на прогулке что-то ненароком поднять.

Герде назначили капельницы и уколы. Из клиники мы вышли, когда на улице уже светало. А вслед нам зло глядела девушка-администратор. Мы пока сидели в кабинете после сдачи анализов, я слышала, что ее отчитывал врач.

– Хотела легкую смену в праздники! А собака нуждалась в помощи! – чихвостил он ее. – Утром доложу об этом директору!

К счастью, назначенное лечение дало положительные результаты. Герда оклемалась за два дня, но капельницы и уколы продолжались еще неделю.

Я благодарна врачу, который не остался безучастным к судьбе моей собаки. На девушку, которая пыталась выпроводить нас из клиники, зла не держу. Ей непременно все это вернется сторицей!

Рождественское чудо вернуло мне веру в человечность и сострадание по отношению к братьям нашим меньшим.