Живу в квартире с шестью котами, но никто не считает меня сумасшедшей

У меня дома живут шесть котов. Точнее, четыре кота и две кошки — но я обычно говорю просто «шесть котов», потому что так короче, а уточнять состав приходится в любом случае, если человек спрашивает подробнее.

Все шестеро с улицы. Ни одного я не искала специально, не выбирала по породе или окрасу. Просто каждый раз что-то случалось, и я не проходила мимо.

Первым появился кот с помойки. Я шла мимо контейнеров и увидела — сидит, не двигается, бок в крови. Подошла, он не убежал. Забрала. Потом был тот, которого сбила машина — лежал у дороги, живой, но в очень плохом состоянии. Я остановилась и не смогла уехать. 

Третьего нашла в подвале соседнего дома — худой, весь в блохах, смотрел на меня так, что не оставить было невозможно. Четвёртый был домашним — это сразу видно по повадкам, по тому, как он сразу пошёл к людям. Его выкинули на улицу со сломанной лапой. Просто выкинули.

Кошки появились отдельными историями. Одну покусала собака — нашла её в кустах, она была совсем тихая, забилась в угол. Вторую увидела зимой в снегу — маленький серый комок, уже почти не шевелился.

Всех выходила. Это было непросто и небыстро, но все шестеро живы, здоровы и давно освоили квартиру по собственному усмотрению.

Когда я говорю людям, что у меня шесть котов, реакции бывают разные. Но вот что важно: мои близкие никогда не называли меня сумасшедшей кошатницей. Ни разу. Это кажется мелочью, но на самом деле значит много.

Главный человек в этой истории — моя лучшая подруга. Она ветеринар. Когда я тащила с улицы очередного полумёртвого кота, она принимала звонок в любое время.

Первый раз я позвонила ей поздно вечером — только нашла кота с помойки, он был в плохом состоянии, я не знала, что делать.

— Привезёшь сейчас? — спросила она, не дав мне договорить.

— Везу.

— Приезжай.

Она открыла клинику в одиннадцать вечера. Осмотрела, обработала рану, сказала, что будет жить. Денег не взяла.

— Ты с ума сошла, я не возьму, — сказала я.

— Ты тоже с ума сошла, что его подобрала, — ответила она. — Мы квиты.

Примерно так это и работало все последующие годы. Она помогала по максимуму — лечила, делала прививки, стерилизовала кошек, смотрела всех при необходимости. Говорила, что часть делает бесплатно, часть по себестоимости. Я пыталась считать и платить, она пыталась отказываться. Мы как-то договаривались каждый раз.

Когда я притащила кошку после собаки — это было серьёзно, укусы глубокие, она почти не двигалась — подруга была в клинике, я приехала прямо туда.

— Давай посмотрим, — сказала она и забрала кошку из моих рук.

Долго смотрела, что-то делала, я сидела в коридоре.

Потом вышла.

— Будет жить, — сказала она. — Но несколько дней здесь полежит, я за ней прослежу.

— Сколько это будет стоить?

Она на меня посмотрела.

— Иди домой, — сказала она. — Позвоню, когда можно будет забирать.

Я пошла домой.

Остальные мои люди тоже не остались в стороне, просто каждый по-своему.

Соседка через площадку — женщина лет шестидесяти, спокойная, основательная — однажды постучала ко мне и сказала:

— Я слышала, ты котов держишь. Если уезжать будешь — говори, зайду покормить.

— Правда? — я немного удивилась.

— Чего тут неправда. У меня своих нет, а с животными возиться люблю. Так что говори заранее.

С тех пор, когда я уезжаю, она заходит. Кормит, меняет воду, сидит иногда с ними немного. Возвращаюсь — рассказывает, кто как себя вёл, кто что учудил.

— Рыжий твой опять на холодильник залез, — говорит она с таким видом, как будто это личная обида.

— Он всегда так, — объясняю я.

— Я знаю. Я ему сказала, что так нельзя. Он не послушал.

Подруги тоже подключаются, кто как может. Одна приходит посидеть с котами, когда я уезжаю надолго. Другая как-то привезла большой пакет корма — просто так, без повода.

— Зачем? — спросила я.

— Увидела акцию, взяла побольше, — ответила она. — Тебе же нужен корм постоянно.

— Ну спасибо.

— Не за что. Как они все вообще?

И я рассказываю — про каждого, что нового, кто как себя чувствует. Она слушает. Не из вежливости — искренне интересуется, запоминает, в следующий раз спрашивает именно про того, про кого я говорила.

Мне кажется, это и есть самое важное в этой истории. Не то, что я подбирала котов, — это просто то, что я делала и продолжаю делать. А то, что вокруг оказались люди, которые не смотрели на это косо, не говорили лишнего, а просто помогали. Каждый чем мог.

Подруга-ветеринар — своим временем и знаниями. Соседка — тем, что приходит и кормит. Другие — кормом, вниманием, готовностью зайти и присмотреть.

Однажды подруга сидела у меня в гостях, все шестеро были в комнате — кто где, кто на чём. Она смотрела на них, потом на меня.

— Ты знаешь, что они все были бы мертвы, если бы не ты? — сказала она.

— Ну, — ответила я.

— Я просто к тому, что это не мелочь.

— И ты не мелочь, — сказала я. — Без тебя я бы половину из них не вытащила.

Она пожала плечами, но было видно, что ей приятно.

Мы помолчали. Один из котов — тот, которого нашла сбитым — перебрался с кресла ко мне на колени и устроился там с видом полного удовлетворения жизнью.

— Вот именно, — сказала подруга, кивнув на него.

Я почесала его за ухом. Он закрыл глаза.