Невестка решила меня пристыдить, назвав старой челночницей

мнение читателей

Она даже не может себе представить, сколько боли и слез таит в себе эта, с виду обыкновенная, профессия. А ляпнула она эту обидную фразу, чтобы возвысить свою семью!

Моей невестке никогда не понять меня, ведь она выросла в совсем иных условиях и не сталкивалась с трудностями девяностых годов. Более того - ее родителей кризис особо не зацепил, так как они жили в то время в Германии.

Ника родилась и выросла в семье русских иммигрантов. Ее отец занимался научной деятельностью, и поехал в Европу, чтобы получить доступ к архивным данным Шиллера, немецкого философа и драматурга.

Я в философии не сильна, как и в гуманитарных науках. В свое время я окончила технический лицей и работала на заводе. Все было идеально для советской женщины того времени.

Отучилась, пошла на завод, познакомилась с будущим мужем, родила детей, отдала в ясли и снова за станок. Я была счастлива в таком ритме, пока кризис не заставил предприятие, на котором я работала, поспешно закрыться.

До этого драматического момента мы с коллегами, включая супруга, не получали зарплату четыре месяца. А после завершения работы производства, нам выплатили мизерные суммы, а остальное выплатили хрусталем, который все равно некуда было девать.

Тогда я ощутила реальность положения, в котором оказалась наша семья. Мы с мужем безработные, дети голодные, в карманах и холодильнике пусто. Зато куча хрусталя!

Мне ничего не оставалось, как научиться продавать. Смею похвастаться - в те времена я довольно много хрустальной посуды смогла продать, а что-то сумела и выменять на продукты и одежду.

Мой супруг был совсем безынициативный. Когда его уволили, он ничего умнее не придумал, как сидеть на диване, жаловаться родственникам на судьбу и выпивать.

Я поняла, что вся семья держится на мне, и обеспечение двоих маленьких детей, себя и мужа легло на мои плечи. На вырученные деньги я взяла билеты на самолет и полетела с подругой в Турцию.

Нет, не отдыхать. Мы там набрали в складчину одежды и привезли на родину, чтобы перепродать. Мне долго пришлось вживаться в роль челночницы. Если бы в то время были так популярны психологи, они бы мне диагностировали различные комплексы и травмы.

Я, в прошлом красавица и модница, стояла на морозе с обветренными руками, щеками и красным носом, с завязанным шерстяным платком на поясе. Все это ради того, чтобы моя семья не согнулась от голода.

Супруг видел как мне тяжело, но помочь с работой он не мог. Василий видел себя лишь на заводе, а переквалифицироваться он не желал. Зато муж начал помогать мне с хозяйством и воспитанием сыновей.

Так мы поменялись с ним ролями. Четыре года я проработала челночницей, пока не нашла работу по профессии. За собой я потащила мужа, иначе бы он так и остался дома.

Времена были не то, что трудные - невыносимые! Я не располагала возможностью устроиться за границей. Мне долго приходилось свыкнуться с реалиями новой профессии. Но я справилась и семью вытянула из нищеты!

Своим сыновьям мы с супругом смогли оплатить учебу. Старший сын познакомился со своей женой, будучи на практике в Германии. Он в ней души не чает, а я на дух не переношу высокомерных людей.

Мы стараемся лишний раз не пересекаться ни с невесткой, ни с ее родней. У меня уши вянут от высокопарных слов ее папы. Он так нудно рассказывает про западную философию и о том, что люди ей уделяют слишком мало внимания. Поэтому многие черствые и внутренне одиноки. Такое чувство, что от не от мира сего! 

Один раз мне так осточертело это все слушать, что я прямым текстом сказала, что сват занимается откровенной чепухой и болтологией. Ника обозлилась на меня, обозначив, что "старой челночнице не дано понять мысли мудрейших людей прошлых лет." Мол, мои мозги под другое заточены.

Ой, меня мнение молодой дурочки не волнует. Однако, невестка ковырнула рану, о которой я мечтаю забыть все эти годы. Молодёжь не сможет никогда понять того, что пережили мы в свои молодые годы. Мы с супругом выживали как могли, и детей поднимали в невероятных условиях.

Так что быть челночницей в девяностые - не стыдно! А вырасти на всем готовеньком и проявлять неумолимое неуважение к старшим - это низко! Я сыну не стала высказывать свое недовольство, но уверена, что он все понял.

В свой дом я давно не приглашаю семью сына. Хочет - пусть сам ко мне заезжает после работы. Ему я всегда рада. А свою хабалку пусть не тащит в мой дом, много чести!

В рубрике "Мнение читателей" публикуются материалы от читателей.