– Вы губите ребёнка! — заявила свекровь, увидев расписание хоккейных тренировок сына

Десять лет Галина Сергеевна не интересовалась внуком. Ну, почти не интересовалась — приезжала на дни рождения, дарила деньги в конверте, целовала Мишку в макушку и уезжала. Никаких вопросов про школу, здоровье, увлечения. Никаких попыток участвовать в воспитании.

Мы с Андреем привыкли. Даже радовались — одной проблемой меньше. У подруг свекрови лезли в каждую щель, учили жить, критиковали. А наша — молчала и не мешала.

Всё изменилось в сентябре, когда Мишке исполнилось десять.

Галина Сергеевна вышла на пенсию. Торжественно, с букетами и речами — тридцать пять лет преподавала математику в университете, доцент, автор учебников. Мы приехали поздравить, посидели за столом, выпили за новый этап жизни.

— Теперь у меня будет время на внука, — сказала она, глядя на Мишку. — Давно хотела им заняться.

Я улыбнулась, не придав значения. Заняться — это что? Гулять в парке? Водить в кино? Отлично, нам с Андреем разгрузка.

Через неделю свекровь приехала к нам. С портфелем.

— Я составила программу, — объявила она, выкладывая на стол стопку бумаг. — Мишенька способный мальчик, нельзя упускать время.

— Программу чего? — не поняла я.

— Развития. Математика, логика, шахматы. Начнём с основ, потом перейдём к олимпиадным задачам. К двенадцати годам он должен участвовать в городских соревнованиях.

Я посмотрела на Андрея. Он смотрел на мать с тем же выражением, что и я — как на инопланетянку.

— Мам, Мишка занимается хоккеем. У него тренировки четыре раза в неделю.

— Хоккей? — Галина Сергеевна поморщилась. — Это несерьёзно. Побегает по льду годик-другой и бросит. А математика — на всю жизнь.

— Он не собирается бросать. Он в сборной района.

— Тем более нужно вовремя перенаправить. Спорт — это травмы, ограниченные возможности. А с хорошим математическим образованием он сможет стать кем угодно.

Мишка сидел в своей комнате — делал уроки. Но дверь была приоткрыта, и я видела, как он напрягся, услышав разговор.

— Галина Сергеевна, — я старалась говорить мягко, — мы ценим вашу заботу. Но Мишка учится нормально, троек нет. И хоккей для него важен.

— Нормально — это посредственность! — она повысила голос. — В его возрасте Моцарт уже концерты давал! Гаусс решал сложнейшие задачи! А вы радуетесь, что нет троек!

— Мам, Мишка — не Моцарт и не Гаусс, — вставил Андрей. — Он обычный ребёнок. И это нормально.

— Обычный?! — свекровь всплеснула руками. — С такими родителями — конечно, обычный! Вы не развиваете его потенциал!

Разговор зашёл в тупик. Галина Сергеевна уехала обиженная, забрав свои бумаги. Мы с Андреем выдохнули — пронесло.

Не пронесло.

Свекровь начала звонить Мишке напрямую. Каждый вечер — долгие разговоры о том, как важна математика, как глупо тратить время на спорт, как он мог бы стать великим учёным, если бы родители не мешали.

— Мам, бабушка опять звонила, — Мишка пришёл на кухню с телефоном. — Говорит, что вы меня неправильно воспитываете.

— А ты что думаешь?

— Я думаю, что хочу играть в хоккей. А математику и так делаю.

— Тогда так и скажи бабушке.

— Я говорил. Она не слушает.

Через месяц Галина Сергеевна перешла к активным действиям. Приехала без предупреждения, когда Мишка был дома один — мы с Андреем задержались на работе.

— Бабушка забрала меня на занятия, — сообщил сын вечером. — К какому-то репетитору по математике.

— Что?! — я чуть не уронила сковородку.

— Два часа решали уравнения. Скучно было. Я хотел на тренировку, а бабушка сказала, что хоккей подождёт.

Он пропустил тренировку. Важную — перед районными соревнованиями.

Я набрала свекровь.

— Галина Сергеевна, вы не имели права забирать ребёнка без нашего разрешения.

— Я — бабушка. Имею полное право.

— Нет. Не имеете. Мишка пропустил тренировку.

— Одна тренировка — не трагедия. А два часа с репетитором — вклад в будущее.

— Его будущее — не ваша забота.

— Моя! — она сорвалась на крик. — Потому что вы его губите! Делаете из умного мальчика посредственность!

— Мы делаем из него счастливого ребёнка. Который занимается тем, что любит.

— Любит! Дети не знают, что им нужно! Взрослые должны направлять!

— Мы и направляем. В сторону хоккея.

Галина Сергеевна бросила трубку.

На следующий день она позвонила Андрею — жаловаться на меня. Мол, невестка не даёт общаться с внуком, настраивает против бабушки, разрушает семью.

— Мам, — Андрей говорил устало, — Юля права. Нельзя забирать ребёнка без спроса. Нельзя пропускать тренировки ради твоих занятий.

— Ты тоже против меня?!

— Я за Мишку. Который счастлив на льду и несчастлив над уравнениями.

— Вы все сошли с ума! Спорт — это тупик! Математика — это будущее!

— Мам, у людей разные будущие. Не все становятся учёными.

— Могли бы! Если бы родители развивали!

Противостояние затянулось. Галина Сергеевна приезжала без предупреждения — мы перестали оставлять Мишку одного. Звонила каждый день — мы ограничили время разговоров. Присылала учебники и задачники — они пылились на полке.

Мишка стал нервным. Вздрагивал от звонка телефона, не хотел ехать к бабушке на дни рождения, говорил, что она его не слышит.

— Мам, почему бабушка думает, что знает лучше меня? — спросил он однажды. — Я же сам чувствую, что мне нравится.

— Бабушка прожила жизнь в математике. Для неё это — главное. Она не понимает, что для других людей главное — другое.

— А ты ей объясняла?

— Много раз. Она не слышит.

— Как и меня.

Кульминация наступила на районных соревнованиях. Мишка играл в финале, мы с Андреем сидели на трибуне. И вдруг — знакомый голос:

— Зря тратите время. Лучше бы он сейчас задачи решал.

Галина Сергеевна. Пришла на хоккей — впервые за десять лет.

— Мам, ты чего здесь? — удивился Андрей.

— Хочу посмотреть, ради чего вы губите ребёнка.

На льду шла игра. Мишка — в защите, сосредоточенный, быстрый. Перехватил шайбу, отдал пас, рванул вперёд. Его команда забила гол.

Трибуны взорвались криками. Я вскочила, хлопала, кричала его имя. Андрей свистел в два пальца.

Галина Сергеевна сидела неподвижно.

— Видите, как он счастлив? — я повернулась к ней. — Посмотрите на его лицо.

Мишка после гола улыбался — широко, открыто, всем телом. Такой улыбки я не видела у него над учебниками. Никогда.

Свекровь молчала. Смотрела на внука, на лёд, на ликующую команду.

— Это всё равно несерьёзно, — сказала она наконец. — Побегает и бросит.

— А если не бросит?

— Тогда станет спортсменом. С отбитыми мозгами и сломанными коленями.

— Или тренером. Или комментатором. Или просто человеком, который знает, что такое команда, победа, упорство.

Галина Сергеевна встала.

— Вы делаете ошибку.

— Возможно. Но это наша ошибка. И Мишкин выбор.

Она ушла до конца игры. Мишка даже не узнал, что бабушка приходила.

Прошёл месяц. Галина Сергеевна звонит реже, но не сдаётся. Присылает ссылки на статьи о пользе раннего математического развития. Рассказывает о детях знакомых, которые побеждают на олимпиадах. Вздыхает в трубку: «Такой потенциал пропадает».

Мишка готовится к областным соревнованиям. Тренируется каждый день, учится нормально — без троек, без блеска, но стабильно. Счастливый ребёнок, который знает, чего хочет.

Свекровь этого не видит. Видит только упущенные возможности, нераскрытый талант, родительские ошибки.