Новая сотрудница с отличием прошла собеседование, но вот в работе оказалась никакущей простофилей

Коллектив у нас маленький, всего семь человек. Поэтому, как только кто-то их коллег уходит в отпуск, на больничный или увольняется, сразу ощущается дефицит рабочей силы. Вот и в этот раз, как только мы отправили в декретный отпуск бухгалтера Катю, возникла необходимость брать нового сотрудника.

Шеф наш Антон Иванович, с ног сбился в поисках подходящего работника. Он готов был взять бухгалтера даже без опыта, чтобы “воспитать” под себя специалиста.

Вот только критерии у начальника нашего были странные. В анкету для соискателей он включил пункт “ хобби”. И на него смотрел в первую очередь.

- Что это за работник, если у него нет ни интересов, ни желаний? Человек без увлечений будет вялым, безынициативным сотрудником! Мне такой не нужен,  - сокрушался начальник, разглядывая многочисленные анкеты молодых специалистов, у которых в качестве хобби в лучшем случае были указаны онлайн-игры.

И вот однажды на собеседование пришла Аня. Все идеально - 30 лет, высшее образование, небольшой опыт работы бухгалтером, притязания по зарплате скромные.

Хобби она указала прекрасное - чтение. Классику зарубежную, современную литературу, фантастику. И стихи сама сочиняет. Уже при собеседовании Аня сообщила шефу, что уважает горные лыжи, сноуборд, а летом ходит в походы.

Антон Иванович смотрел на Аню с профессиональной нежностью. Вот он нашел свой бриллиант. Мы этот выбор с удовольствием приняли. Аня понравилась всем.

Казусы начались с первого рабочего дня. Любительница классики притащила томик Мопассана и уселась с ним на свое рабочее место. Вроде как и задания она еще не получила, но то, что читала она с упоением не налоговый кодекс, а книгу, удивило всех.

С ней приходилось нянчиться, но самое неприятное, что если она чего-то не понимала, то не звала на помощь. Куратором новенькой Ани была я. Подходя через час к своей подопечной, я видела, что работа не сделана, а Аня занимается чем-то посторонним.

- Чем это ты занята? - с удивлением спросила я, глядя на строчки на мониторе, которые никак не напоминали подготовку счетов.

- Стихи пишу, - широко распахнув глаза, ответила Аня.

Теперь пришла моя очередь хлопать глазами. За такое я и поругать-то  не могла. Хорошее дело человек делает.  Жаль только, что такое замечательное занятие не имело к бухгалтерии никакого отношения.

Не хотела я наговаривать на новенькую шефу, но он вскоре и сам заметил неладное. Накануне напряженной недели Антон Иванович собрал нас и предупредил о том, что планируется много работы. Никаких “отпроситься”, поменьше личных звонков и т.д.

Анюта во время планерки сосредоточенно штудировала томик Достоевского. А когда шеф спросил, нет ли у нас вопросов, она подняла руку, улыбнулась и сказала, что не очень хорошо себя чувствует. И чтобы не разболеться надолго, лучше бы ей отлежаться вот хотя бы три-четыре дня.

Антон Иванович, казалось, потерял дар речи. Он с нажимом выразил надежду, что все-таки эти дни Аня будет в добром здравии. К тому же очевидных признаков плохого самочувствия у нее нет. Аня вроде даже согласилась с доводами, но на следующий день не вышла на работу, скинув в рабочий чат грустный смайлик с градусником.

Хлебнули мы с Анютой горя и зимой. Широко распахнув огромные голубые глаза, она отпрашивалась то на горные лыжи, то на сноуборд. Вот только отпрашивание больше походило на небрежное уведомление.

Но Аню мы терпели. Хотя бы на звонки она отвечала, да и простейшую работу стала выполнять. И все-таки такая рабочая единица больше напрягала, чем помогала.

Мы уже перестали удивляться поведению Анюты. Она по-прежнему много читала на работе, и частенько стихотворное настроение посещало ее во время составления декларации. Но все же Аня умудрилась удивить нас еще раз.

Когда очередная планерка подошла к концу, Антон Иванович спросил по обыкновению есть ли у кого вопросы и предложения. Анюта подняла руку и спросила, что у нее есть предложение повысить ей зарплату. У шефа глаза на лоб полезли, но все же он сдержался.

- Обоснуй, пожалуйста, - произнес он, когда к нему вернулся дар речи.

- Да, конечно. Вот смотрите. Мне нужно поменять машину. Если я продам ту, что есть у меня, то на новую не хватит. Нужно добавить солидную сумму, - рассуждала Аня, а мы слушали ее, раскрыв рты.

- Интересно, продолжай, - произнес задумчиво шеф, поправив очки на носу.

- Так вот, у меня по плану купить машину не позднее, чем через полгода. Если вы поднимаете мне зарплату на 30 процентов, то я укладываюсь, - пояснила Аня.

И возникла тишина. Абсолютная.

Антон Иванович был, конечно, поражен. Так впечатлила его уверенность Ани, что он даже задумался над ее предложением. И размышлял вслух - повысить зарплату или отказаться от Аниных услуг.

Пришлось рассказать мне об Анютиных косяках. В том числе про то, что нашему важному, очень капризному клиенту она вместо расчета зарплаты отправила стихотворение собственного сочинения.

И с Аней мы попрощались. А вместо нее взяли Анну Егоровну. 

В графе хобби у нее было указано вязание. С гор зимой она не каталась - застудиться боялась. Зато бухгалтерию вела как бог. И сама не позволяла себе посторонними делами заниматься в рабочее время, еще и нас гоняла, чтобы в социальных сетях не зависали.