Муж настоял на общем бюджете, но вместо экономии стал спускать и мои деньги на какую-то ерунду

Идея общего счёта принадлежала Роману. Мы прожили в браке три года, и всё это время финансы вели раздельно. Каждый платил за своё, на общие расходы скидывались поровну. Работало нормально, но муж считал это несправедливым.

— Мы семья, — говорил он. — А живём как соседи. Ты покупаешь продукты — я плачу за бензин. Ты за коммуналку — я за интернет. Вечные подсчёты, кто кому должен.

— И что ты предлагаешь?

— Общий счёт. Оба скидываем зарплаты, оба тратим. Никаких разделений.

Я задумалась. Зарабатывали мы примерно одинаково — я бухгалтер, он менеджер по продажам. Около восьмидесяти тысяч у каждого. Вместе — сто шестьдесят. Серьёзная сумма.

— А как контролировать траты? — спросила я.

— Зачем контролировать? Мы же доверяем друг другу. Оба взрослые люди, оба понимаем, что нужно откладывать.

Доверяем. Взрослые люди. Звучало разумно.

Мы открыли совместный счёт в первый день нового года. Символично — новая жизнь, новые правила. Я скинула туда свою зарплату, Роман — свою. На экране телефона светилась красивая цифра: сто пятьдесят восемь тысяч.

— Вот это я понимаю — семейный бюджет, — муж обнял меня. — Теперь заживём.

Первый месяц прошёл гладко. Мы оплатили коммуналку, закупили продуктов, отложили тридцать тысяч на отпуск. Всё как планировали. Я радовалась — действительно удобнее, когда не нужно высчитывать, кто за что платит.

На втором месяце я заметила странное.

— Рома, — я смотрела на выписку, — тут списание на четыре тысячи. «Цифровой контент». Это что?

— А, это игра. На телефон. Давно хотел, там акция была.

— Четыре тысячи за мобильную игру?

— Ну да. С дополнениями. Там крутая графика.

Я прикусила язык. Четыре тысячи — не катастрофа. Может, я придираюсь.

Через неделю — ещё одно списание. Подписка на какой-то стриминговый сервис. Тысяча двести в месяц.

— У нас же есть один, — напомнила я. — Зачем второй?

— Там другой контент. Сериал хочу посмотреть, его больше нигде нет.

— Один сериал за тысячу двести?

— Ну и что? Это же наши общие деньги, какая разница?

Вот тут я напряглась. Наши общие деньги. Которые теперь можно тратить не спрашивая.

К концу второго месяца я подвела итоги. Из ста шестидесяти тысяч на счету осталось сорок. На отпуск не отложили ничего.

— Рома, — я села напротив него с телефоном в руках, — куда делись деньги?

— В смысле? На жизнь потратили.

— На какую жизнь? Коммуналка — восемь тысяч. Продукты — тридцать. Бензин — десять. Это меньше пятидесяти. Где остальные семьдесят?

Он пожал плечами.

— Ну, было что-то. Не помню всё.

— Давай посмотрим выписку вместе.

Мы смотрели. Игры — четыре тысячи. Подписки — три тысячи (оказалось, он оформил ещё две, о которых я не знала). Заказы из интернет-магазинов — наушники за восемь тысяч, какой-то гаджет для машины за двенадцать. Доставка еды — пятнадцать тысяч за месяц. Кофе в городе — каждый день по пятьсот рублей, итого десять тысяч.

— Это же ерунда всё, — я чувствовала, как внутри закипает. — Наушники у тебя были! Зачем новые?

— Те проводные. А эти беспроводные.

— А гаджет этот зачем?

— Держатель для телефона. С подзарядкой.

— За двенадцать тысяч?!

— Он премиум-класса.

Я закрыла глаза, досчитала до десяти. Не помогло.

— Рома, мы договаривались откладывать на отпуск. На море, помнишь? Ты сам хотел.

— Отложим в следующем месяце. Это разовые траты, больше не будет.

Следующий месяц был хуже.

Роман словно сорвался с цепи. Каждый день — новые списания. Какие-то курсы по инвестированию за двадцать тысяч. Умные часы за тридцать — хотя у него уже были. Подписка на приложение для медитации — «психическое здоровье важно, ты же понимаешь».

Я понимала только одно: мои деньги утекают в чёрную дыру чужих желаний.

Самое обидное — я экономила. Носила старые туфли, хотя подошва просила каши. Покупала косметику на распродажах. Отказывала себе в кофе с подругами — «лучше дома попью, дешевле». А он в это время заказывал кофе каждый день по дороге на работу.

— Это нечестно, — сказала я подруге Насте. — Я себе во всём отказываю, а он швыряет деньги направо и налево.

— А ты ему говорила?

— Говорила. Он отвечает: «Это общие деньги, какая разница».

— Разница в том, что ты их зарабатываешь, а он тратит.

Настя была права. Я зарабатывала восемьдесят тысяч — и жила так, будто зарабатываю тридцать. Роман зарабатывал столько же — и жил так, будто у него двести.

Потом мне понадобились деньги на срочный ремонт зуба. Ничего критичного, но откладывать нельзя — врач сказал, что через месяц будет хуже и дороже. Двадцать пять тысяч.

Я открыла приложение банка и замерла. На счету было восемнадцать тысяч. До зарплаты — неделя.

— Рома, — я вышла на кухню, где он листал телефон, — на счету восемнадцать тысяч.

— И?

— Мне нужно двадцать пять на зуб.

— Подождёт до зарплаты.

— Не подождёт. Врач сказал — срочно.

— Ну возьми в долг у кого-нибудь.

Я смотрела на него и не узнавала. Этот человек предлагал мне занимать деньги — когда две его зарплаты ушли на наушники, игры и умные часы?

— Рома, — я села напротив, — куда делись сорок тысяч, которые были на прошлой неделе?

— На жизнь.

— На какую жизнь? Конкретно.

Он закатил глаза.

— Опять ты со своими допросами. Ну потратил, и что? Мы же договорились — общий бюджет, общие траты.

— Общие траты — это коммуналка и продукты. А не игрушки для взрослых мальчиков!

— Это не игрушки, это нужные вещи!

— Нужные?! Третьи наушники — нужные? Приложение для медитации, которое ты открыл один раз — нужное?! — я сорвалась на крик. — Я экономлю на всём! Хожу в старых туфлях! А теперь не могу вылечить зуб, потому что ты спустил наши деньги на ерунду!

Роман отложил телефон. Впервые за разговор посмотрел на меня серьёзно.

— Ты преувеличиваешь.

— Преувеличиваю?! — я достала телефон, открыла выписку. — Смотри. За три месяца общего счёта ты потратил на свои хотелки сто двадцать тысяч. Сто двадцать! Это полторы моих зарплаты!

— Ты тоже тратила.

— Я тратила на еду, на дом, на бензин для твоей машины! На нас обоих! А ты — только на себя!

Он молчал. Я видела, как ходят желваки на его скулах.

— И что ты предлагаешь?

— Закрыть общий счёт. Вернуться к раздельным финансам.

— То есть откатиться назад? К жизни соседей?

— Лучше соседи, чем спонсор и содержанец.

Он вспыхнул:

— Я не содержанец! Я зарабатываю столько же, сколько ты!

— Зарабатываешь. А тратишь — в три раза больше. За мой счёт.

Разговор закончился хлопнувшей дверью. Роман ушёл к друзьям — «остыть». Я осталась с восемнадцатью тысячами на счету и больным зубом.

Деньги на лечение одолжила Настя. Без процентов, без сроков — просто дала и всё. Я плакала от стыда и благодарности.

— Разводиться будешь? — спросила она.

— Не знаю. Люблю его, дурака.

— Любить можно и с раздельными счетами.

Роман вернулся через два дня. Притихший, виноватый. Без наушников и умных часов — видимо, осознал.

— Я был неправ, — сказал он с порога. — Ты права. Я обнаглел.

— Обнаглел — мягко сказано.

— Я посчитал. Реально посчитал, сколько потратил за эти месяцы. — Он помолчал. — Я не думал, что так много. Оно же по чуть-чуть, незаметно...

— Для тебя — незаметно. Для меня — очень заметно.

Он сел рядом. Взял за руку.

— Давай попробуем по-другому. Не раздельные счета, но и не как было. Середина какая-нибудь.

— Какая середина?

— Ну... отложили на обязательное — коммуналку, продукты, накопления. А остаток — поровну. Каждому на личные траты. Хочу наушники — покупаю из своей доли. Хочешь туфли — из своей.

Я думала. Звучало разумнее, чем раньше.

— И лимит на личные траты, — добавила я. — Не больше двадцати тысяч в месяц. На каждого.

— Двадцать мало...

— Двадцать — нормально. Если мало — зарабатывай больше.

Он поморщился, но кивнул.

— Ладно. Попробуем.

Мы попробовали. Разделили бюджет на обязательное и личное. Завели отдельные карты для «хотелок». В первый месяц Роман жаловался — двадцать тысяч заканчивались к середине месяца. Ко второму — научился выбирать. К третьему — перестал покупать ерунду.

— Знаешь, — сказал он однажды, — когда деньги общие — они как будто ничьи. А когда свои — считаешь каждую копейку.

— Добро пожаловать в мой мир.

— Ты всегда так жила?

— Всегда.

Он обнял меня. В кои-то веки — просто обнял, без просьб и оправданий.