- Твой родной брат умер, а ты не слезинки не пролила, колода бесчувственная! - укоряет мама

истории читателей
12-06-2024

Мама меня укоряет, что я не горюю по умершему брату, а я искренне не понимаю, почему должна по нему лить слезы. Плохо так говорить, но я даже рада, что так случилось. 

Брат всегда был занозой в одном месте. Не берусь судить, что послужило этому. Может, просто характер был такой гнилой, может, родители как-то неправильно его воспитывали, многое позволяли. 

Только брат с малых лет отличался какой-то непонятной жестокостью и деструктивным поведением. А ему всё сходило с рук, больше всех его защищала мама. 

Когда брат в пять лет избил скалкой нашего кота, то мама первой кинулась защищать своего мальчика. Вопила, что это просто ребенок, он не понимает, он не хотел ничего дурного. 

Да как сказать, не хотел... Брат постоянно обижал других детей в садике, на него вечно жаловались. Вот и до кота добрался, сломал ему лапу и чуть не выбил глаз. 

Не знаю, чем бы закончилось то избиение, если бы вовремя не подоспела бабушка, выхватившая у внука скалку. Я прибежала следом за бабушкой и видела, что брат просто получал удовольствие от процесса избиения. 

Он стоял вполне довольный, пока бабушка не стала его ругать. Как только в дверях показалась мама, он кинулся к ней, стал плакать и прятаться за ней. 

- Может, кот его поцарапал или укусил! Вы же не знаете, что произошло, а на ребенка накинулись! - ругалась мама с бабушкой. Потом начались вопли, что это просто маленький ребенок, надо делать скидку на возраст. 

Возможно, если бы папа прожил подольше, то из брата удалось бы воспитать что-то путное, но папы не стало очень рано. Брату было девять лет, мне четырнадцать. 

Была еще бабушка, у которой мы жили, папина мама. Она пыталась как-то брата воспитывать, но натыкалась на мамину оборону. Мальчику же и так досталось от жизни, отца лишился в нежном возрасте, а на него еще ругаться смеют. 

Потом не стало и бабушки. Квартиру она завещала мне, но я тогда не понимала этого, меня такие вопросы не очень-то и интересовали, мне было шестнадцать лет. 

Тут мама решила, что надо строить свою личную жизнь. Брату нужен отец: он же мальчик, как без мужской руки? Потянулась вереница отчимов. 

Я уехала учиться уже на втором мамином мужчине. Брат же всё сильнее отбивался от рук. Стал прогуливать школу, курить, грубить, не ночевал дома. 

Мама причитала, что это мальчик так переживает утрату отца и появление неудачного отчима. Штук пять отчимов мама перебрала, потом решила, что делает брату только хуже. 

Не знаю, может и так. Я никогда не испытывала любви к брату. Возможно, когда он лежал в колыбельке. Но как только он подрос, то сделал всё, чтобы я его не полюбила. 

Брат кусался, щипался, царапался, все делал исподтишка, чтобы никто не видел. А если я на него жаловалась, то мне никто не верил. Он же такой маленький, такой беззащитный. Да и врачи никаких отклонений у мальчика не находили.

 

С мамой я связь поддерживала, но ничего хорошего она мне не говорила. Постоянно жаловалась, что брат пропал где-то, или же он пришел пьяный, или подрался, или что-то украл. 

Лет в девятнадцать брат начал употреблять всякие запрещенные препараты. Так как он нигде не работал, то стал требовать денег у мамы, а если она не давала, то выносил вещи. 

Я советовала ей сменить замки и не пускать его на порог, но мама так не могла. Это же ее сыночек, а вдруг замерзнет на улице? Нет, она так не может. 

Я не возвращалась в родной город, хотя квартира, в которой жила мама, принадлежала мне. Куда я ее выгоню? А не выгонишь ее, так и брата придется терпеть, ведь он ее любимый маленький мальчик. 

Этот маленький мальчик в один прекрасный день пришел опять требовать денег, а когда мама не дала, он ткнул ее ножом и выносил из квартиры вещи, пока мама истекала кровью. 

Слава богу, что нож не задел органы, прошел по боку, не наделав больших бед. Мама умудрилась дозвониться до скорой, а брат не закрыл за собой дверь, ее спасли. 

Полиции мама сказала, что сама случайно напоролась на нож, никто не виноват, такой вот тупой несчастный случай. Я тогда словила нервный срыв, зато потом меня отпустило. 

Мне больше не было жалко маму: она сама виновата. Я больше не ненавидела брата: он урод, ему с этим жить. Желательно, чтобы он не успел никому больше испортить жизнь. Мне стало плевать. 

И вот брат умер, как и полагается при его образе жизни: загнулся в какой-то хате от передоза. Странно, что документы были при нем, я думала, что он их давно потерял. 

Мама вне себя от горя, хотя она уже год, как брата не видела: он не появлялся. Рыдает так, что вены вот-вот лопнут. 

- Твой родной брат умер, а ты не слезинки не пролила, колода бесчувственная! - орала она на меня. 

Мне не за что любить брата, он прожил поганую жизнь. Да и мама давно стала чужой. К ней тоже нет жалости, а любовь забилась куда-то далеко в душу. 

Сказала ей, что продаю квартиру. Дам ей денег на однушку, остальное заберу себе. Она этого не ожидала, на меня опять полились проклятья, даже о смерти сына на время позабыла. 

Меня с моей семьей не связывает ничего. Продам квартиру, отдам матери деньги и больше никогда не приеду в этот город. 

В рубрике "Мнение читателей" публикуются материалы от читателей.