Жена подарила мне на 23 Февраля «день с детьми», а сама уехала с подругами

В нашей семье четверо детей. Это звучит гордо, но на практике это выглядит так, будто в квартире круглосуточно работает парк аттракционов, совмещенный с зоопарком и отделением травматологии. 

Старшему, Ване, десять, двойняшкам Лизе и Кате по пять, а младшему, Мише, полтора года. Я люблю своих детей. Честно. Но я работаю начальником отдела логистики, и поверьте, разгребать завалы на таможне проще, чем собрать эту банду на прогулку зимой.

Обычно 23 февраля в нашем доме проходит по стандартному сценарию: я получаю пену для бритья, носки (куда же без них) и вкусный ужин. Жена, Ася, суетится на кухне, дети рисуют кривые танки на открытках. 

Я ожидал того же и в этом году. Я мечтал, что после завтрака я, как законный «защитник», лягу на диван, включу какой-нибудь старый боевик и буду наслаждаться своим законным правом на лень.

Утро началось подозрительно тихо. Я открыл глаза. На тумбочке стояла чашка кофе и конверт. Аси рядом не было. «Наверное, готовит сюрприз на кухне», — подумал я, потягиваясь.

Я открыл конверт. Внутри лежала открытка с танком и записка.

«Любимый! Поздравляю! Ты всегда жалуешься, что мало времени проводишь с наследниками из-за работы. Я решила подарить тебе самое ценное — время. Сегодня ты — главный главнокомандующий в этом доме. А я уехала на ретрит в глэмпинг с девочками. Вернусь завтра к обеду. Еда в холодильнике (наверное). Целую, твоя жена».

Я выбежал в коридор. Тишина. Чемодана нет. Машины под окном нет. Из детской выплыл Ваня в пижаме.

— Пап, а мама уехала. Сказала, что ты сегодня за главного. Мы есть хотим. Миша памперс снял и размазал содержимое по ковру.

Так начался мой «праздник». Это был ад. Нет, это был филиал преисподней, где грешников заставляют варить манную кашу без комочков под крики «Не буду!».

К 10 утра я отмыл ковер и Мишу. К 11 я попытался их накормить. Двойняшки подрались из-за розовой тарелки, хотя обе тарелки были розовые. Ваня заявил, что каша — это «слизь», и потребовал бутерброды, которые в итоге скормил собаке.

В 12:00 я решил вывести их на улицу, чтобы они выплеснули энергию. Одевание четверых детей зимой — это квест, который нужно включить в олимпийскую программу. Пока я одевал Мишу, Лиза спрятала шапку Кати. Пока искали шапку, Ваня вспотел и начал ныть. Когда мы вышли, я был мокрый, как мышь, и злой, как черт.

На улице они разбежались в разные стороны. Ваня полез на гаражи. Двойняшки нашли дохлого голубя и пытались его реанимировать. Миша просто ел снег. 

Я бегал между ними, как пастушья собака, и орал: «Брось каку!», «Слезь!», «Не ешь желтый снег!». Прохожие смотрели на меня с сочувствием. Один мужик, выгуливающий таксу, сказал: «С праздником, братан. Держись». Я чуть не разрыдался ему в плечо.

Мы вернулись домой. Квартира напоминала поле битвы. Игрушки ровным слоем покрывали пол. На кухне гора посуды. А в телефоне — сообщение от Аси.

Фотография. Она сидит в джакузи под открытым небом, вокруг сосны, в руке бокал с чем-то игристым. Подпись: «Как вы там, мои любимые? У нас такая тишина, птички поют. Чувствую единение с природой!».

Я посмотрел на Мишу, который в этот момент пытался засунуть кота в стиральную машину, и у меня задергался глаз. «Единение с природой», значит. Птички поют. А у меня тут поет хор голодных детей и гудит стиралка.

Вечер прошел в тумане. Я готовил макароны, разнимал драки, читал сказки, укачивал Мишу, который решил, что спать — это для слабаков. Когда они наконец угомонились (ближе к полуночи), я рухнул на диван. Сил не было даже открыть пиво. Я лежал и думал: «Ася, ты гений. Ты жестокий, коварный гений. Ты подарила мне моих же детей, выставив это как благо, а сама свалила в рай».

Ася вернулась на следующий день, сияющая, отдохнувшая, пахнущая хвоей и дорогим кремом.

— Ну как? — прощебетала она, целуя меня в небритую щеку. — Понравился подарок? Ты же теперь настоящий отец-герой! Почувствовал связь с детьми?

— Почувствовал, — хрипло ответил я. — Каждую нервную клетку почувствовал. Спасибо, дорогая. Это было… незабываемо.

Я не стал скандалить. Я не стал упрекать. Я просто улыбнулся. Потому что в моей голове уже созрел план. Месть — это блюдо, которое подают холодным. И желательно — 8 марта.

Ася ходит довольная, намекает на новый фен "Дайсон" и столик в любимом ресторане. Она думает, что я забыл. Что я проглотил этот «подарок» и буду, как обычно, бегать за тюльпанами в семь утра.

Она не знает, что я уже все подготовил. Я взял отпуск на 9 и 10 марта. А на 8-е… О, это будет шедевр.

Вчера я забронировал поездку. Не в глэмпинг, нет. Это было бы плагиатом. Я забронировал… рыболовную базу. В Карелии. В глуши. Где нет связи, зато есть баня по-черному, прорубь и суровые мужики.

А Асе я приготовил конверт. Точно такой же, как она мне. Внутри будет открытка с мимозой и сертификат. «Сертификат на безграничное материнское счастье».

Текст записки я уже сочинил:

«Любимая! Ты так часто говоришь, что я не ценю твой домашний труд и что быть мамой — это лучшая работа в мире. Я решил подарить тебе возможность насладиться этим сполна. Я уезжаю на рыбалку. Связи не будет три дня. Дети полностью твои. Наслаждайся их смехом, их играми и тем, как они растут (особенно Миша, у него зубы режутся). Это же лучший подарок для женщины — быть рядом с семьей! Целую, твой муж».

Я уже купил себе новый теплый костюм и ящик водки (для согреву, конечно). Я предвкушаю этот момент. Утро 8 марта. Она просыпается, ждет кофе в постель и "Дайсон". А получает четверых детей и записку.

Конечно, есть риск. Риск того, что когда я вернусь, замки в квартире будут поменяны, а вещи выставлены на лестничную клетку. Или что она отомстит мне на мой день рождения еще жестче (например, подарит мне прыжок с парашютом без парашюта).

Но я готов рискнуть. Потому что справедливость должна восторжествовать. Око за око, глэмпинг за рыбалку. Вчера Ася спросила:

— Милый, а ты чего такой загадочный? Готовишь сюрприз?

— О да, дорогая, — ответил я, протирая спиннинг. — Такой сюрприз, что ты его внукам рассказывать будешь.

Она улыбнулась и пошла выбирать платье. Бедная, наивная женщина. Она даже не подозревает, что ее ждет не ресторан, а марафон «Свинка Пеппа» нон-стоп и каша на потолке. Ждем 8 марта. Обратный отсчет пошел.