- Постираете, и всего делов, - сказали друзья, когда их сын измазал наши белоснежные простыни жирным кремом

Люблю ли я детей? Вообще, знаете, философский вопрос. С одной стороны, конечно. Они такие забавные и милые. Играют, чудят, шутят, хоть и не смешно, но очень искренне. И да, мы с женой хотели бы иметь своего карапузика. Пока не получается. Увы.

С другой стороны, дети – источник разрушений. Не то чтобы совсем сильных, но ощутимых. Так, у одних наших знакомых маленькая дочка умудрилась угробить огромный телевизор. Просто столкнула его на пол, и все, финиш. Но одно дело, когда эти «разрушения» где-то далеко, и совсем другое, если они рядом. Прямо в твоей спальне.

В тот день начиналось все благопристойно. Я бы даже сказал, идеально. В гости приехали старые добрые друзья Андрей и Катя Ивановы. Деятельные и до ужаса активные ребята чуть младше нас. 

Им всего по тридцатке, энергия хлещет ключом, сплошным потоком. Заскочили чая попить, ага. И своего сына Максимку не забыли. Они без него вообще никуда.

Мальчику 4 года всего, но смышленый и хитрый. А еще талантливый. Уже даже читать немного умеет. Хотя я не уверен, достижение ли это. Может, все дети к этому возрасту должны понимать буквы и уметь складывать их в слова и логичные стройные предложения?

- Да!

- Ну, пойди на диванчике посиди, - супруга ткнула пальцем в сторону спальни, где стоят кровать и большой диван перед телевизором.

- Да-да, - хором сказали Ивановы. - Посиди. Не мешай взрослым разговаривать.

Мальчонка ушел, взрослые остались за столом. Мы о чем-то там болтали, весело и живо, не закрывая ртов. Про Максика и думать забыли.

Через некоторое время он сам напомнил о себе. Подошел к столу, взял печеньку, убежал обратно в спальню. У меня уже тогда неприятное чувство скользнуло – где он его есть-то будет? 

Накрошит на диване. А то и на полу. Но значения не придал. Решил, что родители сами в состоянии проследить за своим сыном.

Максим сидел не на диване и не на полу, покрытом ковром. Он залез на нашу с женой кровать, застеленную белоснежными простынями. Мало того что ее всю засыпал крошками, но еще и вытирал руки об эту самую простыню. С таким лицом, будто так и должно быть.

Хотел сам вытащить Макса из нашей кровати, чтобы он ее окончательно не изгадил, но не стал. Побоялся – вдруг напугаю его или случайно синяк какой-нибудь поставлю. Пошел к родителям, то есть к тем, кто априори должен следить за ребенком, и попросил решить вопрос.

- Там, друзья мои, ваш сын беспредельничает. В креме нашу простыню испачкал и делает вид, что все в норме и идет по плану.

- В смысле «всего делов»? А если не отстирается? Да и в принципе так себя вести нельзя!

- Ну ты, блин, и зануда, - встряла Катя. - Сами же сказали: «Чувствуйте себя как дома». Вот он и чувствует. Максим всегда так делает. И мы никогда его за это не ругаем.

Казалось бы, повод мелочный, яйца выеденного не стоит. Но разругались мы с Ивановыми так, что полгода вообще не общались. Даже с Новым годом друг друга не поздравили. Только недавно стали созваниваться.

Причем инициаторами скандала выступили именно они. Сказали, что у нас нет ни такта, ни чувства гостеприимства. Что могли бы вообще ничего не говорить, дабы не травмировать малыша. А то, что малыш этот залез в одежде в нашу постель, засыпал ее крошками и заляпал жирным кремом, ничего?!

Да, помирились, но больше так тесно общаться, наверное, не будем. Зачем нам друзья, не имеющие ни малейшего представления о гигиене и чистоплотности как таковой? 

Это ж в следующий раз Макс в уличной обуви с ногами на стол полезет, а Андрей с Катей только рады будут. Нет уж. Обойдемся как-нибудь без таких свинтусов!