Дочь общается с дочерью моего бывшего мужа от второго брака, а я против этого

Когда я узнала, что моя дочь Вероника переписывается с дочерью Андрея от второго брака, почувствовала, как внутри всё сжалось от обиды и непонимания. Мы развелись с бывшим мужем 11 лет назад, когда Веронике было девять. Развод был тяжёлым, болезненным, с взаимными обвинениями и претензиями.

Андрей ушёл к другой женщине, которая оказалась моложе меня на десять лет. Через год у них родилась дочь Кира. Я тогда переживала настоящую трагедию, чувствовала себя преданной и ненужной. Веронику это тоже сильно задело, она долго не могла простить отцу измену и уход из семьи.

Первые годы после развода Вероника общалась с Андреем натянуто, по обязанности. Встречались раз в месяц, созванивались по праздникам. Я старалась не настраивать дочь против отца, но и тёплых чувств к нему не испытывала. Мне казалось, что Вероника разделяет мою позицию и относится к новой семье Андрея так же холодно, как и я.

Но оказалось, что я ошибалась. Когда Веронике исполнилось двадцать, она вдруг начала чаще ездить к отцу. Говорила, что хочет наладить отношения, что держать обиду бессмысленно. Я не возражала, хотя было неприятно осознавать, что она проводит время с той женщиной и её ребёнком.

А потом случайно увидела в телефоне дочери переписку с Кирой. Они общались довольно тепло, делились фотографиями, обсуждали фильмы и музыку. Веронике было двадцать, Кире одиннадцать, но, судя по сообщениям, между ними сложились почти дружеские отношения.

— Ника, ты общаешься с дочерью папы? — спросила я, стараясь держать голос ровным.

— Да, мам, — Вероника ответила спокойно, будто речь шла о чём-то совершенно обычном. — Кира милая девочка. Мы познакомились, когда я была у папы на дне рождения. Она ко мне привязалась.

Я почувствовала, как внутри поднимается волна возмущения и обиды. Как дочь может общаться с ребёнком той женщины, которая разрушила нашу семью? Как она может называть её милой и позволять себе привязываться?

— Вероника, мне это не нравится, — сказала я прямо. — Эта девочка дочь женщины, из-за которой распалась наша семья.

— Мам, Кира ни в чем не виновата, — дочь посмотрела на меня с непониманием. — И потом, она моя сводная сестра.

— Она не твоя сестра, — я почувствовала, как голос становится резче. — У тебя нет никакой сестры. Есть дочь женщины, которая увела твоего отца из семьи.

Вероника нахмурилась и замолчала. Несколько дней мы обходили эту тему стороной, но напряжение между нами росло. Я видела, что дочь продолжает переписываться с Кирой, и это выводило меня из себя.

— Почему ты не можешь понять, как мне больно видеть, что ты общаешься с ними? — попыталась я объяснить свои чувства на очередном разговоре.

— Мам, я понимаю, что тебе было тяжело после развода, — Вероника говорила осторожно, подбирая слова. — Но прошло 11 лет. Папа живёт с Мариной, у них дочь. Это реальность, которую нельзя изменить. И Кира действительно ни в чём не виновата.

— Но ты предаёшь меня, общаясь с ними, — я почувствовала, как наворачиваются слёзы. — Ты показываешь, что та женщина и её ребёнок для тебя важнее моих чувств.

— Это не так, — дочь покачала головой. — Я не предаю тебя. Я просто пытаюсь построить нормальные отношения с отцом и его семьёй. Кира маленькая девочка, которая смотрит на меня как на старшую сестру. Неужели я должна отвергать её, чтобы ты чувствовала себя лучше?

Её слова были логичными, но я не могла принять их. Каждый раз, когда Вероника упоминала Киру, я чувствовала острую боль. Мне казалось, что дочь выбирает новую семью отца вместо меня.

Андрей однажды позвонил и попросил меня не давить на Веронику.

— Послушай, я понимаю, что тебе неприятна эта ситуация, — говорил бывший муж примирительно. — Но Ника взрослая девушка, она сама решает, с кем общаться. И очень хорошо, что она нашла общий язык с Кирой.

— Тебе-то хорошо, — я не сдержалась. — Ты создал новую семью, родил ребёнка, а я осталась одна. И теперь ещё должна радоваться, что моя дочь возится с твоим ребёнком от любовницы?

— Марина не была моей любовницей, когда мы развелись, — Андрей вздохнул. — Сколько можно возвращаться к этому? Наш брак распался, потому что мы разлюбили друг друга. Да, я встретил другую женщину. Но это было после того, как мы с тобой фактически перестали быть семьёй.

Я бросила трубку, не желая слушать его оправдания. Мне было всё равно, когда именно он начал отношения с Мариной. Важно было то, что он предал нашу семью, а теперь Вероника общается с плодом этого предательства.

Дочь стала реже бывать дома, чаще задерживалась у отца. Однажды она привезла Киру к нам в гости, не предупредив меня заранее. Я открыла дверь и увидела на пороге Веронику с девочкой лет одиннадцати, светловолосой и голубоглазой.

— Мам, это Кира, — представила дочь. — Мы гуляли неподалёку, решили зайти.

Я стояла в дверях, не зная, что делать. Прогнать ребёнка? Устроить скандал дочери при девочке? В итоге молча пропустила их в квартиру.

Кира была вежливой и тихой. Разглядывала квартиру с любопытством, осторожно спрашивала у Вероники о фотографиях на стенах. Я наблюдала за ней со стороны, пытаясь найти в её чертах что-то от Марины. Девочка была похожа на Андрея, в этом сомнений не было.

Они пробыли меньше часа и ушли. Вероника извинилась за то, что не предупредила о визите. Я молчала, не в силах выразить бурю эмоций, которая бушевала внутри.

Вечером мы серьёзно поговорили. Я попыталась объяснить дочери, почему мне так тяжело видеть её общение с Кирой. Вероника слушала внимательно, но в итоге твёрдо сказала, что не собирается прекращать отношения со сводной сестрой.

— Мам, я люблю тебя и понимаю твою боль, — говорила она. — Но я не могу жить твоими обидами. Кира не виновата в том, что произошло между тобой и папой. Она просто ребёнок, который хочет общаться со старшей сестрой.

Я поняла, что проиграла эту битву. Что Вероника выросла и имеет право строить отношения с теми, кого считает нужным. Но принять это было невероятно сложно.

Сейчас дочь продолжает общаться с Кирой. Я стараюсь не показывать своего недовольства, но каждый раз, когда она упоминает сводную сестру, внутри всё сжимается от боли и обиды.