Пока мать общается с моим отцом, я с ней даже разговаривать не буду, не хочу рвать себе сердце

Мама очередной раз пошла по уже проверенным граблям - она снова поддалась на отцовские уговоры и пустила его к себе жить. Я была категорически против. 

Так маме и заявила, что пока она с ним общается, даже не живет, а просто общается, я с ней даже разговаривать не буду. Не хочу очередной раз рвать себе сердце. 

Она с ним сходится уже далеко не первый раз, никогда ничем хорошим это не заканчивалось. А у меня нет ни одного теплого воспоминания, связанного с отцом. Зато других - хоть отбавляй. 

Первый раз отец ушел из семьи, когда я была совсем маленькая, я этого не помню. Зато вернулся он, когда мне было пять лет. Повинился перед матерью, она его и пустила обратно. 

Стал маму поколачивать, если она отказывалась давать ему денег на очередную попойку. Доставалось и мне, потому что я как-то не так на родного отца смотрю и вообще ужасно воспитана. 

Мне было девять лет, когда отец очередной раз ушел из семьи. Мама рыдала, я тоже, но от счастья. А для мамы была целая трагедия. 

Я ее тогда не понимала. Ушел человек, который не работал, зато пил и бил нас, а теперь он ушел. Тут радоваться надо, а мама убивалась по этому отморозку. 

Я билась в истерике и умоляла маму не пускать его. Мне хватило тумаков и затрещин в его прошлый визит. Я не верила ни единому его слову.

Но мать очень хотела ему верить, и верила. Поэтому опять пустила его жить к нам. Мне было сказано, что я не имею права так себя вести, ведь как ни крути, но это мой отец. 

Первые полгода отец на самом деле не пил, даже работал. Мама летала и постоянно повторяла, что я была неправа, папа изменился. 

Мама не выдержала и через полгода сама его выгнала, обливаясь при этом слезами и снова не от счастья. Она считала, что вся проблема в водке, а я, что отец просто изначально гнилой человек. 

Через год отец снова появился. Трезвый, принес матери справку, что закодировался, сказал, что уж в этот раз точно все будет иначе. 

Я сказала матери, что если она его пустит, я уйду из дома. Она его пустила, заявив, что каждому надо давать шанс, а отец вон как изменился, и даже закодировался. 

Отец решил, что должен заняться моим воспитанием. Мне пятнадцать лет, куда ты лезешь, воспитатель фигов? Он считал, что если он когда-то там поучаствовал в моем зачатии, то я должна перед ним по струнке ходить. 

Мы дрались смертным боем все два года. Кстати, бухать отец опять начал примерно через четыре месяца. Кодировка что-то недолго продержалась. 

Мама мне повторяла, что я сама веду себя неправильно, вызывая отца на агрессию. Мне полагалось быть мудрее, промолчать, не доводить конфликт до драки. 

Потом я закончила школу и уехала учиться подальше от родного дома. Через полгода я приехала на первые каникулы и к моей радости обнаружила, что отца уже нет. 

Мама плакала и рассказывала, что он ушел к другой женщине. Она плачет, а я сижу и думаю, где ж он еще одну такую дуру нашел. 

Шесть лет от отца не было ни слуху ни духу. Меня это радовало. Мама стала оживать, перестала постоянно жить ожиданием стука в дверь. 

Но к маме часто заезжала, звонила ей. Что что-то не так, я поняла сразу по ее горящим глазам и лихорадочному румянцу, когда она открыла мне дверь. 

В квартире сидел он, отец, будь он неладен. Постаревший, оплывший, будто не шесть лет прошло, а двадцать. Сидит, как барин, развалился на диване. 

Я сразу развернулась и вышла. Матери на пороге сказала, что пока это сидит у нее дома, моей ноги тут не будет. И даже если просто она будет с ним общаться, то с ней не буду общаться я. 

Мать мне потом писала длинные сообщения, смысл которых сводился к тому, что она уже не молодая девчонка, а женского счастья так хочется. 

Я не дочитала, сразу удалила. Какое, к черту, женское счастье с этим уродом? Он всю жизнь пил, бил и тянул из нее деньги. О каком счастье речь?

Мне больно, что мама раз за разом наступает на одни и те же грабли. Но я не хочу опять рвать себе сердце. Мне хватило уже переживаний за нее, чтобы ее "счастье" ее не забило до потери пульса. Больше не хочу. 

Пусть звучит эгоистично, но маме предстоит выбрать - либо это "счастье", либо я.