«Мы же семья! Какой отдых порознь?!» — кричит жена, а я просто хочу три дня тишины на рыбалке

Двадцать лет. Двадцать лет мы с Таней проводим каждый отпуск вместе. Турция, Египет, Сочи, Крым. Один маршрут на двоих, один номер, одна программа. Вместе на пляж, вместе на экскурсию, вместе на ужин. Ни минуты врозь.

Первые годы это было счастьем. Потом — привычкой. Теперь — испытанием.

Я люблю Таню. Правда люблю. Но иногда мне нужно побыть одному. Просто помолчать, посидеть с удочкой, посмотреть на воду. Без разговоров, без планов, без «а давай ещё вон туда сходим».

Идея созрела в марте. Серёга с работы позвал на рыбалку — база в Астраханской области, три дня, мужская компания. Никаких жён, никаких детей. Только река, лодки и тишина.

— Поехали, Димыч! — Серёга хлопнул меня по плечу. — Отдохнёшь как человек. А то ходишь серый как мышь.

Я действительно ходил серый. Работа выматывала, дома — вечные разговоры, проблемы, обсуждения. Таня не виновата, она просто такая — общительная, энергичная, ей нужен собеседник. А я устал быть этим собеседником двадцать четыре часа в сутки.

Вечером завёл разговор.

— Тань, Серёга зовёт на рыбалку. На майские. Три дня.

Она подняла глаза от телефона.

— Какая рыбалка?

— Обычная. Астраханская область, база на Волге. Мужики едут.

— А я?

— Ты — нет. Это мужская поездка.

Тишина. Та самая, которая бывает перед грозой.

— То есть ты хочешь поехать без меня?

— Хочу. Три дня. Отдохнуть, порыбачить.

— Отдохнуть от чего?

Вот оно. Ловушка. Скажи «от тебя» — обидится. Скажи «от работы» — спросит, почему тогда не вместе.

— От всего. Просто побыть в тишине.

— Со мной — не тишина?

— С тобой — разговоры. А мне нужно помолчать.

Таня отложила телефон. Лицо — каменное.

— Двадцать лет мы отдыхаем вместе. Двадцать лет! И вдруг тебе нужно «помолчать»?

— Не вдруг. Давно нужно. Просто не говорил.

— Почему?

— Потому что ты отреагируешь именно так.

— Как — так?!

— Как на предательство. А это не предательство. Это — потребность.

Она встала, начала ходить по кухне. Руки скрещены на груди, губы сжаты.

— Потребность побыть без жены. Красиво.

— Потребность побыть одному. Это разные вещи.

— Для меня — одинаковые.

Разговор зашёл в тупик. Я молчал, она кипела. Потом — хлопнула дверью спальни. Классика.

Ночью лежали в одной кровати как чужие. Она отвернулась к стене, я — к окну. Между нами — пропасть.

Утром она заговорила первой.

— Дима, объясни мне. Что я делаю не так?

— Ты всё делаешь так. Это не про тебя.

— А про кого?

— Про меня. Мне нужно личное пространство. Хоть иногда.

— У тебя есть личное пространство! Гараж, рыбалка по выходным, футбол с друзьями!

— Это — пара часов. А я хочу три дня. Без звонков, без отчётов, без «как ты там, что делаешь».

— Я беспокоюсь!

— Я знаю. Но иногда это душит.

Она вздрогнула. Слово «душит» — как пощёчина.

— Я тебя душу?

— Не ты. Постоянное «вместе». Двадцать лет — ни дня раздельного отпуска. Это много, Тань.

— Для кого — много?

— Для меня.

Она села на край кровати. Смотрела в пол.

— Ты меня разлюбил.

— Нет. Я устал. Это разные вещи.

— Устал от меня.

— От нас. От формата. От того, что мы всегда рядом.

— Это плохо?

— Это... утомительно. Иногда. Не всегда — иногда.

Она молчала. Я видел, как она борется — между обидой и попыткой понять.

— А если я тоже захочу отдохнуть отдельно?

— Тогда поезжай. С подругами, одна — как хочешь.

— Я не хочу. Мне с тобой хорошо.

— А мне нужна пауза.

— От меня.

— От нас. Тань, это не про любовь. Это про усталость.

Неделю мы почти не разговаривали. Она ходила обиженная, я — виноватый. На работе Серёга спрашивал, еду ли я. Я мялся, не знал, что ответить.

— Жена не отпускает? — он усмехнулся.

— Жена не понимает.

— А ты объяснял?

— Пытался.

— Плохо пытался. Бабы — они чувствуют. Если чувствуют, что дело не только в рыбалке — не отпустят.

— А дело — только в рыбалке.

— Вот и объясни. По-человечески.

Вечером попробовал снова. Сел рядом с Таней на диван, выключил телевизор.

— Давай поговорим.

— О чём?

— О рыбалке. О нас. О том, почему ты так реагируешь.

Она повернулась ко мне. Глаза — усталые, грустные.

— Я боюсь.

— Чего?

— Что это — начало конца. Сначала рыбалка, потом — отдельный отпуск, потом — отдельная жизнь.

— Тань, это бред.

— Для тебя — бред. А я видела, как другие пары разваливались. Начиналось с «мне нужно пространство» — заканчивалось разводом.

— Мы — не другие пары.

— Откуда ты знаешь? Все так думают. Пока не становятся «другими».

Я взял её за руку.

— Я люблю тебя. Двадцать лет люблю. Но я устал всё время быть рядом. Это не значит, что хочу уйти. Это значит — хочу отдохнуть.

— От меня.

— От формата. Тань, пойми — когда человек работает без выходных, он выгорает. С отношениями — так же. Нам нужны выходные друг от друга.

— Мне не нужны.

— А мне — нужны.

— Значит, ты любишь меньше?

— Нет. Значит, я — другой. Интроверт, если хочешь. Мне нужна тишина, чтобы восстановиться. А с тобой — всегда шумно.

— Я шумная?

— Ты — живая. Энергичная. Постоянно что-то делаешь, говоришь, планируешь. Я люблю это — но иногда хочу просто сидеть и молчать.

Она смотрела на меня долго. Потом вздохнула.

— Три дня?

— Три дня.

— И ты вернёшься?

— Конечно.

— Счастливый?

— Отдохнувший.

Она молчала. Я ждал — отпустит или нет.

— Ладно, — сказала она наконец. — Езжай.

— Правда?

— Правда. Но я буду звонить.

— Раз в день.

— Два.

— Один. Вечером.

Она усмехнулась — впервые за неделю.

— Ты ещё торгуешься.

— Я договариваюсь.

Рыбалка была идеальной. Три дня на реке, без суеты, без разговоров. Серёга и мужики болтали у костра — я сидел в стороне, смотрел на воду. Звонил Тане вечером — коротко, спокойно. Она не истерила, не требовала фотоотчётов. Просто говорила: «Отдыхай».

Когда вернулся — обнял её так, как не обнимал давно. Соскучился. По-настоящему.

— Ну как? — спросила она.

— Хорошо. Очень.

— Рыбу привёз?

— Привёз.

— Тогда — не зря.

Мы сидели на кухне, ели жареную щуку. Я рассказывал про рыбалку, она слушала. Не перебивала, не комментировала — просто слушала.

— Знаешь, — сказала она потом, — я тоже отдохнула. Три дня одна — впервые за двадцать лет. Странно было. Но... хорошо.

— Хочешь повторить?

— Может быть. Съездить к Наташке в Питер. Одна.

— Езжай.

— Ты не обидишься?

— Обижусь. Но пойму.

Она рассмеялась.

— Значит, мы теперь современная пара?

— Значит, мы — умная пара. Которая научилась отдыхать друг от друга.

Теперь у нас новое правило. Раз в год — раздельный отпуск. Я — на рыбалку, она — к подругам. Три-четыре дня. Не больше, но и не меньше.

Двадцать лет мы были неразлучны. На двадцать первом году — научились быть отдельными. И, как ни странно, стали ближе.