— Я не для того замуж выходила, чтобы содержать безработного! - заявила мне жена

Со Стасей мы познакомились на дне рождения общего знакомого. Мне было тридцать два, ей двадцать семь. К тому времени я уже крепко стоял на ногах — работал руководителем отдела, получал достойную зарплату, снимал хорошую квартиру и даже откладывал часть денег. Не миллионер, конечно, но чувствовал себя уверенно.

Стася мне сразу понравилась. Весёлая, лёгкая на подъём, с заразительным смехом. Мы начали встречаться, и всё закрутилось как-то само собой. Через год поженились. 

Жена работала менеджером в небольшой фирме, занимающейся продажей косметики. Получала раз в пять меньше меня, но я никогда не считал её деньги и не спрашивал, куда она их тратит. Хочет — откладывает, хочет — покупает себе что-то. Это её личное. Я полностью обеспечивал семью: оплачивал аренду, коммуналку, продукты, совместные поездки, развлечения. Мне казалось это правильным и естественным. Я мужчина, я должен.

Первые два года брака были, наверное, самыми счастливыми в моей жизни. Мы много путешествовали, строили планы, мечтали о собственной квартире, может, о детях. Всё казалось таким простым и ясным.

А потом пришёл две тысячи двадцатый год.

Сначала всё выглядело как временные неудобства. Ну, посидим дома пару недель, переждём. Но недели превращались в месяцы, а наша компания начала тонуть. Логистика в условиях закрытых границ и всеобщей паники — это катастрофа. Сначала нас отправили в отпуск за свой счёт. Потом собрали на созвон и объявили о сокращениях.

Я помню этот день. Сидел на кухне, смотрел в окно и пытался осмыслить случившееся. Двенадцать лет карьеры, шесть из них в этой компании — и вот так, одним щелчком.

Накопления у нас были. Не огромные, но на несколько месяцев спокойной жизни хватило бы точно. Я сразу начал искать работу, но рынок труда в тот период представлял собой печальное зрелище. Компании замораживали найм, сокращали бюджеты, выжидали. Никто не понимал, что будет завтра.

Я не сидел сложа руки. Брался за любые подработки: помогал знакомому с его интернет-магазином, делал какие-то консультации, даже пару раз грузчиком поработал, когда совсем горело. Денег это приносило немного, но хоть что-то. Параллельно ходил на собеседования, поддерживал связи с бывшими коллегами, мониторил вакансии.

Были варианты устроиться на низкую должность с соответствующей зарплатой. Многие советовали: «Соглашайся на что есть, потом разберёшься». Но я понимал, что это ловушка. Сядешь на маленькую зарплату — и всё, ты в системе. Выбраться сложно, времени на поиск нормальной работы не будет, а работодатели смотрят на твою текущую позицию и делают выводы.

И главное — у меня были намётки. Один из бывших коллег открывал своё дело и обещал позвать, как только раскрутится. Ещё был контакт в крупной компании, где мою кандидатуру рассматривали на хорошую позицию, но они заморозили найм до лучших времён. Нужно было просто подождать, перетерпеть.

Стася ждать не хотела.

Первые месяцы она ещё держалась, но потом начала давить. Сначала аккуратно, потом всё настойчивее. Каждый вечер превращался в пытку.

— Андрей, ты сегодня ходил куда-нибудь? Отправлял резюме?

— Отправлял. И на прошлой неделе отправлял. И на позапрошлой. Стась, я делаю всё, что могу.

— Может, тебе просто устроиться куда-нибудь? Хоть на какую-то зарплату. А то мы так все деньги проедим.

— Мы не голодаем. У нас есть накопления, я подрабатываю. Дай мне время найти нормальную работу, а не хвататься за первое попавшееся.

Она закатывала глаза и уходила в комнату. А назавтра всё повторялось.

Знаете, что было самым обидным? Мы реально жили почти так же, как раньше. Да, перестали ходить в рестораны каждые выходные. Да, отложили планы на отпуск. Но мы не бедствовали. У нас была еда, крыша над головой, все счета оплачивались вовремя. Просто тратили накопления вместо зарплаты. Это временная ситуация, и я это понимал. Стася — нет.

Скандалы становились всё громче и злее. Она упрекала меня в том, что я «слишком гордый», что «надо думать о семье, а не о своих амбициях», что «другие мужики хватаются за любую работу». Однажды она бросила:

— Я не для того замуж выходила, чтобы содержать безработного!

Это было как пощёчина. Я даже не нашёлся, что ответить. Просто вышел из квартиры и два часа бродил по улицам, пытаясь успокоиться.

Содержать безработного. При том, что она за всё время нашего брака не вложила в семейный бюджет ни копейки. Я никогда ей этого не высказывал и не собирался — это был мой выбор, моя ответственность. Но услышать такое от человека, которого ты полностью обеспечивал...

Через полгода после моего увольнения Стася подала на развод.

Без предупреждения, без разговоров. Просто пришло извещение. Я сначала не поверил, позвонил ей, спросил, что это значит. Она ответила сухо: «Я так больше не могу. Мне нужна стабильность».

Развод прошёл быстро — делить особо было нечего. Квартира съёмная, машина и накопления мои, нажитого имущества — кот наплакал.

Совру, если скажу, что перенёс это легко. Первые недели были тяжёлыми. Я ведь любил её, строил с ней планы на будущее. И вот так, в самый трудный момент, она просто ушла. Но я не позволил себе расклеиться. У меня не было на это права — нужно было выбираться.

Через два месяца после развода позвонил тот самый бывший коллега. Его бизнес наконец встал на ноги, и он приглашал меня партнёром. Условия были отличные — даже лучше, чем на прежней работе.

Я согласился не раздумывая. И не прогадал.

Следующие три года были временем подъёма. Наш бизнес рос, мы расширялись, брали новых людей. Через два года после развода я купил собственную квартиру — небольшую, но свою. Ещё через год поменял машину. Начал откладывать, путешествовать, жить полноценной жизнью.

Со Стасей мы не общались. Я удалил её номер и заблокировал в соцсетях. Не из мести — просто не видел смысла поддерживать контакт с человеком, который предал меня в трудную минуту.

Но она меня нашла. Через общих знакомых, через новые аккаунты — не знаю, как именно. Однажды вечером раздался звонок с незнакомого номера.

— Андрей, привет. Это Стася. Не бросай трубку, пожалуйста.

Я не бросил. Выслушал.

Она говорила о том, что совершила ошибку. Что была напугана, не справилась с давлением. Что думала о нас всё это время. Что хотела бы начать сначала.

— Я понимаю, что повела себя ужасно. Прости меня. Я была дурой, испугалась, запаниковала. Но ведь мы были хорошей парой, правда? Может, у нас ещё есть шанс?

Я помолчал несколько секунд, собираясь с мыслями.

— Стась, шанса нет. Не потому что я злой или мстительный. Просто я больше не смогу тебе доверять. Ты ушла, когда мне было плохо. Не когда я пил, не когда изменял, не когда поднимал на тебя руку — а когда у меня просто были временные трудности с работой. И если это случится снова — а в жизни всякое бывает — ты снова уйдёшь. Я не хочу жить с этой мыслью.

Она пыталась что-то возразить, но я уже попрощался и положил трубку.

Больше она не звонила.

Иногда я думаю: может, я слишком жёсток? Люди ошибаются, люди меняются. Но потом вспоминаю тот взгляд, когда она говорила про «содержание безработного», вспоминаю бессонные ночи после развода — и понимаю, что принял правильное решение.

Предательство — это не ошибка. Это выбор. И Стася свой выбор сделала. А я — свой.