- Мы доверяем своей дочери, - заявил я и отказался получать оповещения о времени прихода и ухода ребенка из школы

Дочь моя Оксана большая умница. Она ответственная, трудолюбивая, послушная. То, что она у нас такая молодец, считаю своей заслугой и, конечно же, своей жены.

Частенько меня спрашивают, как мы воспитали такое золото. Предполагается, что мы уроки с ней делали и строго следили за поведением. Иначе как же до седьмого класса она у нас отличницей была? 

Впрочем, и потом она тоже училась на отлично, просто действие рассказа относится к периоду ее седьмого класса. Так вот не контролировали мы Оксану никогда, и в ее уроки я даже не заглядывал.

Всегда я агитировал других родителей за то, чтобы давать детям больше самостоятельности. Не нужно контролировать каждый их шаг, свободу им нужно предоставлять. В случае с нашей дочерью этот подход дал же хорошие результаты! 

Но однажды я понял, что во всем должна быть мера, особенно когда дело касается подростков.

Случилось это, как уже понятно, в седьмом классе. Однажды я пошел на родительское собрание. Послушал я про то, какая Оксана умница, сколько будут стоит обеды со следующей четверти и какие подарки будем дарить нашим детям. А потом зашел  разговор на тему пропускной системы в школе.

Родителям предложили заполнить заявления на смс-информирование. Как рассказала нам Елена Матвеевна, эта услуга предполагает получение сообщений родителями каждый раз когда ученик приходит в школу и когда покидает ее.

- Какая замечательная система, - воскликнула чья-то мама с высокой прической, напоминающей птичий домик.

- Да-да, - согласился с ней чей-то лысый папа, - я теперь точно буду знать, прогуливает ли мой оболтус уроки.

Другие родители тоже дружно согласились с тем, что смс-информирование - замечательная штука. Все стали что-то усердно писать в бланках, засыпая учительницу вопросами. Я же взял свой блан и просто сидел, разглядывая его.

Я вспомнил свое детство, когда мы постоянно где-то пропадали. Родители далеко не всегда знали, где мы и что творим. И ничего, выросли нормальными людьми. Вот такая неподконтрольная свобода у нас была. 

И подумалось мне - неужели, я готов лишить своего умного, ответственного ребенка личной свободы? Нет, не готов.

Когда собрание подошло к концу, я протянул учительнице чистый лист. Она с недоумением поглядела на меня.

- Мне это не нужно, - пожал я плечами, когда Елена Матвеевна спросила, почему я ничего не написал.

- Но в этом случае вам не будут приходить оповещения по поводу того, когда Оксана пришла в школу и покинула ее, - ответила классная руководительница. 

В классе сначала воцарилась мертвая тишина, ведь мои слова расслышали все. Затем мамы и папы наперебой стали убеждать меня, как важно контролировать детей. Ведь нынешние школьники знают только свои права, а не хотят ничего слышать об обязанностях и бла-бла-бла. 

Я же ответил, что мы как-нибудь проживем и без такого рода информирования.

Через несколько дней, после того, когда турникеты были установлены, дочь пришла домой из школы, бросила портфель… и кинулась ко мне с объятиями. Оказывается, история с заявлением получила неожиданное продолжение. 

Как сказала Оксана, из всей ее параллели лишь она оказалась “вольной птичкой”, чьи перемещения не отслеживались родителями в режиме реального времени. Это мгновенно сделало ее звездой. 

Но, как оказалось, рано я радовался. Кое о чем Оксана умолчала. А именно о том, что к ней очередями выстраивались одноклассники, которые по разным причинам не хотели, чтобы об их отлучках узнавали родители.

Моя дочь не пропускала уроки - в этом я абсолютно уверен. А вот те ребята, которым она давала свою “бесконтрольную” карту, злоупотребляли своей новой возможностью.

Моя дочь стала “ключом” к свободе других детей. Вот только другие ребята пользовались своей свободой не так, как моя умница.

Когда тайное стало явным, у меня состоялся серьезный разговор с дочерью. Она признала, что допустила ошибку. А я понял, что мой замечательный ребенок… все еще ребенок. И немного контролировать ее все-таки надо.

Школу Оксана закончила на отлично. В этом году поступила в институт. Но тот случай, когда она училась в седьмом классе, мы никогда не забудем.