Учительница отругала дочь за “неправильные тетради”, но я быстро поставила ее на место

В прошлом году в связи с некоторыми обстоятельствами мы были вынуждены перевести нашу дочь из частной школы в обычную муниципальную.

Я до последнего не хотела этого делать, но, к сожалению, другого варианта не было. У мужа начались проблемы на работе, из-за чего нам пришлось поспешно сокращать все расходы. В том числе и оплату учебы дочери.

Конечно, Мила была от такого решения не в восторге. Я ее понять могла. Дочери одиннадцать лет, у нее в прежней школе знакомая обстановка, учителя, подруги. Единственный плюс муниципальной, это то, что она ближе расположена. Буквально в соседнем дворе.

Но все же минусов по факту больше. Хоть муж поначалу и пытался меня переубедить.

— Ты слишком предвзято относишься к государственным школам, — заявил мне Рома. — Мы же с тобой в таких учились, и ничего, все нормально.

— Нормально? — переспросила я его. — До сих пор помню, что моя математичка три указки об учительский стол сломала. Потому что лупила ими по столешнице изо всех сил, если мы чего-то не понимали.

— Ну, такие преподаватели это же исключение, а не правило, — возразил мне супруг. — В моей вот школе все нормальные были.

— Я не хочу полагаться на случай и надеяться, что Миле повезет, — ответила я. — В частной школе у нее все хорошо было.

— Сама знаешь, что другого варианта у нас нет, — резко отрезал Рома. — Мила будет учиться в государственной школе, хотите вы этого или нет!

Здесь я, к сожалению, возразить не могла. Впрочем, поначалу все было неплохо. Да, я с грустью смотрела на здешний преподавательский состав, большая часть которого это женщины предпенсионного возраста или выпускницы вузов, которые отработают тут года два, а потом уйдут в декрет. В частной школе, конечно, ситуация была получше.

Впрочем, поначалу Мила не жаловалась, оценки приносила хорошие, и в какой-то момент я успокоилась и смирилась с ее переводом в эту школу. 

А недавно дочь вернулась домой в слезах.

— Что случилось? — спросила я. 

— Мне двойку поставили! — закричала Мила. — И сказали на уроки не приходить, пока все тетради не поменяю!

Она продолжила рыдать.

— Так, спокойно, — сказала я. — Иди в ванную, умойся, а потом ко мне на кухню, все расскажешь. Не переживай, разберемся.

После того как дочь успокоилась, она смогла мне все рассказать. Оказывается, их учительница истории ушла в декрет. Руководство школы по-быстрому нашло на замену какую-то пенсионерку, которая работала, наверное, еще при Сталине. 

И вот ей-то и не понравилась тетрадь Милы. Вернее, то, что на ней изображен персонаж популярного среди подростков аниме. Учительница потребовала, чтобы Мила показала ей остальные свои тетради и дневник. Они были в таком же стиле. 

После чего Полина Прокофьевна поставила Миле двойку и заявила, чтобы та не приходила на уроки, пока не заменит все тетради на “нормальные”.

— Я завтра с ней поговорю, не переживай, — сказала я дочери.

Полина Прокофьевна оказалась такой, как я ее себе и представляла. Строгая сухая старушка, прям один в один моя преподавательница математики, которая разбивала указки о столешницу.

— Вы почему не следите за тем, с какими тетрадями ходит ваш ребенок?! — накинулась она на меня.

— Слежу, — спокойно ответила я. — И мультфильм, персонажи которого изображены на Милиных обложках, мы с ней посмотрели вместе. И это замечательное аниме про дружбу, смелость и силу. 

Учительница хмыкнула. Я продолжила:

— Я думаю, если бы у Милы были обложки с Чебурашкой или волком из “Ну, погоди”, вы бы и слова не сказали? — спросила я.

— Вы сравниваете советскую классику с какими-то нарисованными уродами?! — закричала она.

— У каждого поколения свои кумиры, — спокойно ответила я. — И то, что вы с ними не знакомы, не значит, что они плохие. Кроме того, я совершенно не понимаю, как связаны изображения на тетрадях моей дочери с ее знаниями по истории. Вы ведь только это должны оценивать? Или я ошибаюсь?

Полина Прокофьевна начала что-то про поведение и моральный облик современной молодежи, за который она ответственна. Я поняла, что с ней разговаривать бесполезно, и пошла уже к завучу. 

И тот оказался адекватнее. По итогу двойку из табеля Милы убрали, а вместо той учительницы уже через месяц нашли новую. Конечно, тетради мы менять не стали.