Сестра приехала в отпуск с чемоданом платьев и пустыми руками. Надеялась на меня

В аэропорту я поняла, что что-то не так. Мой чемодан — двадцать три килограмма, еле закрылся. У Насти — маленький, который она небрежно катила одной рукой.

— Ты что, ручной кладью обошлась? — удивилась я.

— Ага. Зачем переплачивать за багаж?

Мы летели в Турцию на десять дней. Отель три звезды, всё включено. Первый совместный отпуск за пять лет — я так радовалась, что сестра наконец-то согласилась.

Радовалась до первого вечера в номере.

Настя открыла чемодан, и я увидела содержимое. Платья. Много платьев. Сарафаны, юбки, топики, босоножки на каблуках. Бижутерия в отдельном мешочке. И всё.

— А где... остальное?

— Какое остальное?

— Косметика, крем от солнца?

Настя махнула рукой:

— В отеле же что-то дают. А крем — ты же берёшь всегда, я знаю. Ну и косметику.

Я беру. Я всегда всё беру. Потому что я — старшая, ответственная, та, которая думает наперёд. Но это не значит, что я беру на двоих.

— Настя, я взяла на себя.

— Ну поделишься. Жалко, что ли?

Не жалко. Но крем от солнца — большой тюбик, рассчитанный на меня и мои десять дней. Не на двоих.

— Ладно, — сказала я. — Крем поделим. А аптечка?

— Какая аптечка?

— Таблетки. От головы, от живота, от аллергии. Пластырь.

Настя пожала плечами:

— Я здоровая. Зачем мне таблетки?

— Мало ли. Отравление, акклиматизация.

— Ты же взяла? Если что — дашь.

Если что — дам. Опять я.

— А средство от комаров? — продолжала я допрос.

— Зачем? Там кондиционер, комаров нет.

— На экскурсиях будут.

— Ты возьмёшь.

Я не выдержала:

— Настя, ты вообще что-нибудь взяла, кроме одежды?

Она обиделась:

— А что я должна была взять? Ты всегда всё берёшь, я знаю. Чего дублировать?

Чего дублировать. Вот её логика. Зачем покупать своё, если у сестры есть.

Первые дни я делилась. Крем от солнца — пополам. Тушь — пополам. Тени — тоже. Настя пользовалась щедро, не экономила. К четвёртому дню солнцезащитный крем закончился.

— Надо купить ещё, — сказала я.

— Давай. Тут в магазинчике видела.

— Давай. Пополам скидываемся.

Настя посмотрела удивлённо:

— В смысле — пополам? Ты же пользуешься больше, у тебя кожа светлее.

Я пользуюсь больше. Потому что свой крем — берегу. Мажусь тонким слоем, экономлю. А она — плюхает щедро, как бесплатное.

— Настя, это общие траты. Пополам.

— Ладно, ладно, — она закатила глаза. — Вечно ты считаешь.

Купили крем. Она достала кошелёк с таким видом, будто я вымогаю у неё последнее.

На пятый день Настя обгорела. Лежала на кровати, стонала, просила мазь от ожогов.

— У тебя же есть?

У меня есть. Пантенол, маленький тюбик, на всякий случай.

— Есть.

— Дай, умираю.

Дала. Она извела половину за вечер. Щедро, густо, не жалея.

— Надо ещё купить, — сказала я.

— Зачем? Я больше обгорать не буду, буду аккуратнее.

— А если я обгорю?

— Ты не обгоришь, ты аккуратная.

Логика железная. Она — неаккуратная, я — за неё отвечай.

На седьмой день у Насти разболелась голова. Акклиматизация, жара, вино за ужином. Пришла ко мне:

— Дай таблетку.

Дала. Последнюю свою.

— А ещё есть?

— Нет. Это была последняя.

— И что мне делать, если опять заболит?

— Купить в аптеке?

— Я не знаю местных лекарств. Вдруг не то возьму.

— Я тоже не знаю. Но как-нибудь разберёмся.

— Ну вот ты и разберись, ты же умная.

Я — умная. Я — ответственная. Я — та, которая думает за двоих.

Вечером мы поссорились.

— Настя, ты вообще понимаешь, что едешь в отпуск как ребёнок? Ничего не взяла, рассчитывая на меня.

— Я взяла вещи!

— Вещи — это платья. А бытовые вещи? Химия, аптечка, косметика?

— Ты всегда это берёшь.

— Для себя! Не для тебя!

— Ну извини, что понадеялась на сестру.

Понадеялась. Вот как это называется. Не «переложила ответственность», не «использовала», а «понадеялась».

— Настя, тебе тридцать два года. Ты взрослый человек. Почему я должна собирать тебе чемодан?

— Ты не должна. Просто так получилось.

— Так получилось, потому что ты не подумала. Или подумала — и решила, что я всё равно возьму.

Она молчала. Значит — второе.

— Это нечестно, — сказала я. — Я потратила деньги на крем, на лекарства, на всё это. Я тащила тяжёлый чемодан, пока ты шла налегке. Я делюсь своим, а ты даже не сказала спасибо.

— Спасибо, — буркнула она. — Довольна?

— Нет. Я хочу, чтобы ты поняла: это не норма.

— Что не норма?

— Приезжать в отпуск с пустыми руками и рассчитывать на других.

— Ты — не другие. Ты — сестра.

Сестра. Волшебное слово, которое отменяет любые границы. Сестра должна делиться. Сестра должна заботиться. Сестра — это бесплатный сервис.

Последние три дня мы почти не разговаривали. Настя обиделась — считала, что я жадная и мелочная. Я обиделась — потому что меня использовали.

В аэропорту, перед вылетом, она всё-таки сказала:

— Ладно, извини. В следующий раз возьму своё.

— В следующий раз я скину тебе список заранее.

— Какой список?

— Что брать. Чтобы не было сюрпризов.

Она фыркнула:

— Ты как мама.

Да. Как мама. Потому что кто-то должен думать за тех, кто думать не хочет.

Мы вернулись. Фотографии красивые — море, пальмы, улыбки. На снимках не видно ссор, не видно моего раздражения, не видно её обиды.

Мама спросила:

— Как отдохнули?

— Хорошо, — сказала Настя.

— Познавательно, — сказала я.

Познавательно — потому что я узнала кое-что важное. Следующий отпуск проведу одна. Или с теми, кто умеет собирать чемодан самостоятельно. Обслуживать сестру я больше не намерена.