Попросила пересадить от меня коллегу. Она постоянно психует, кричит и не умеет держать себя в руках
Молодые люди и девушки сейчас совершенно распустились и не умеют себя вести. Я не понимаю, их вообще родители воспитывали или дикие звери?
Никто не сдерживает эмоций, в транспорте и во дворе постоянно слышу нецензурную брань. Да что далеко ходить – сын-подросток слушает всех этих модных блогеров, а в их видеороликах ни одного слова приличного нет!
Мне самой не нравится чувствовать себя ворчливой бабкой в 42 года, но спокойно смотреть на всю эту вакханалию вокруг уже нет сил.
А терпение у меня лопнуло, когда полгода назад к нам в дизайнерское бюро пришла работать новая сотрудница. Ларису нам представили как юное дарование с креативным и свежим взглядом на всё вокруг.
Вот тоже ещё одна примета времени: девушке 28 лет, а её всё в молодые специалисты записывают. Да я в возрасте этой Ларисы уже в конструкторском бюро серьёзные чертежи делала!
Новую коллегу с ярко-малиновыми волосами посадили рядом со мной – там пустовал офисный стол. Я этому была, конечно, совсем не рада.
Но яркая одежда Ларисы, как вскоре выяснилось, не была основной проблемой.
Буквально на следующий день после выхода на работу в полной тишине офиса, когда все сосредоточенно работали над своими проектами, рядом со мной раздался вопль Ларисы:
- Да что же это такое!
И следом на пол полетел карандаш.
От неожиданности я даже подпрыгнула на стуле.
- Ты чего кричишь? Тут люди работают, вообще-то, – резко сказала я Ларисе.
- У вас, Ольга, может быть, компьютер нормально работает, а мне старьё какое-то дали! Всё тормозит! – ответила коллега, не снижая тона.
- Мой психолог советует давать волю чувствам и ничего не держать в себе! – высокомерно подытожила она.
Господи, у неё ещё и психолог есть! Ещё одна примета времени. Теперь молодые люди заводят не друзей, а психотерапевтов.
Наша работа имеет одну особенность – у заказчика всегда есть жёсткие дедлайны, сроки сдачи проектов. При этом они сами часто затягивают работу, просят вносить кучу правок и создают довольно нервную атмосферу. Понятно, что надо воспитывать в себе самообладание и устойчивость к таким ситуациям.
Но первый же проект, который дали коллеге, сопровождался каждый день таким количество крика и брани, что выдержать это было невозможно!
После очередной порции криков из угла Ларисы я просто подошла и вытащила её из-за стола. Да, руки распускать нельзя, но я её просто вывела в коридор и потащила к нашей начальнице в кабинет.- Вера Иннокентьевна, или вы уберёте эту ненормальную в другой офис, или я сегодня же уволюсь! Она же ведёт себя, как в младшей группе детского сада – постоянно психует и кричит! Невозможно работать, – заявила я.
- Кто вам дал право на меня голос повышать и хватать руками? – взвизгнула Лариса.
Я только жестом показала на коллегу начальнице – вот, мол, пожалуйста.
Вера Иннокентьевна попросила Ларису выйти, а мне сказала, что это я переборщила! Нельзя, мол, так с молодыми ребятами, у них более тонкая душевная организация по сравнению с нами!
Я поправила блузку, взяла себя в руки и спокойно заявила, что ни секунды больше не останусь в офисе, где меня не уважают. Вот пусть эта бешеная Лариса и общается с клиентами, улаживает конфликты и договаривается о сроках. Уверена, что клиенты начнут отказываться от нашей конторы один за другим!
А я без работы не останусь. Видимо, нужно переходить на удалённый режим и активнее беречь нервную систему. Обидно только вложенных сил – столько проектов я грудью защищала перед клиентом, а в итоге получила от начальницы такой выговор!
Если Вера Иннокентьевна хочет окружать себя такими вот истеричками, это её выбор. Но я в таком коллективе работать не собираюсь!
Комментарии
Добавление комментария
Комментарии