- Пожалуйста, не уходи, - каждое утро умоляла дочь, вцепившись в мою кофту. Но ситуацию исправила новенькая
Моя дочь Лика веселый, самостоятельный активный ребенок. Она всегда легко находила общий язык с детишками на детской площадке. Контакт происходил даже когда каждый из собеседников владел максимум десятком слов.
Очередь Лики идти в детский сад подошла, когда ей было три года. Мне оказалось, дочь была абсолютно готова к садику. Ничто не предвещало того ужаса, с которым мы столкнулись.
Я приготовила дочке ее любимое платье, завязала бантики. По дороге в садик рассказывала ей о ребятах, с которыми она обязательно подружится, и об игрушках, которых в саду очень много. Лика кивала и вообще пребывала в хорошем настроении, несмотря на ранний подъем.
- Не уходи, - прошептала дочь, - пожалуйста.
Воспитательница начала мягко отцеплять от меня ребенка, в глазах Лики появился неописуемый испуг. Я шепнула дочке, что все будет хорошо, и мне надо уходить.
- Ты должна быть послушной девочкой, поняла? - с улыбкой спросила я. - Мне нужно на работу, а вечером я тебя заберу.
Слышать плач родного ребенка было невыносимо, ведь моя девочка не из плаксивых. Обычно она послушная, веселая, контактная. Поэтому рыдания за дверью заставляли меня думать о том, что должно быть, сейчас чувствует Лика.
На какое-то мгновение она замолчала. Я поспешила обрадоваться, подумав, что сейчас, наверное, дочка увидела игрушки, и ей позволили поиграть. Но новый виток рева начался буквально через несколько секунд.
Я представляла заплаканное личико ребенка, растерянность и ужас от того, что мамы нет рядом. Руки сами тянулись к двери, чтобы все бросить, забрать дочь и бежать с ней домой. Туда, где ей безопасно, приятно и весело.
Как мы пережили тот день, я не знаю. С работы я ушла пораньше, поэтому ребенка забрала сразу после полдника. Лика уже не плакала, но было видно, что детский сад ей не понравился.- Она немного поела, почти не спала и не захотела ни с кем играть, - рассказала мне воспитательница, - но вы не беспокойтесь, это нормальное явление. Девочка привыкнет и будет с удовольствием ходить в садик.
Однако Лика категорически не собиралась привыкать к детскому саду. Дома она и слышать не хотела о доброй воспитательнице, ребятах, которые ее очень ждут и замечательных игрушках.
Каждое утро теперь у нас начиналось с истерики. Все было еще хуже, чем в первый раз. Тогда мы хотя бы до садика дошли спокойно. Теперь ужас в глазах ребенка читался в тот момент, когда я будила ее.
- Лика, посмотри какие у нас куклы красивые, - уговаривала Ирина Павловна мою дочь, - какая тебе больше нравится?Однако Лика не собиралась отвечать на вопросы воспитательницы. Она стояла, плотно сжав рот, чтобы не расплакаться.
- Дочь, а давай-ка прочитаем, что сегодня у вас на обед, - говорила я, глядя на меню, - ох, твои любимые куриные котлеты.
Но моя дочь продолжала плакать. В саду ей не нравилось ничего.
Каждое утро напоминало поле сражение. Я ненавидела будни, потому что знала - мне опять придется видеть слезы моего ребенка. Казалось, это никогда не закончится. Однако через два месяца к нам в группу пришла Олеся.
Когда родители впервые привели в сад девочку с двумя косичками, она с испугом рассматривала все вокруг. Ее внимание также привлекла моя плачущая Лика. Наверное, бедняжка думала, что детей в саду обижают, раз они так плачут.
Олеся сама переоделась, и все это время она молчала. Но в тот момент, когда родители собрались уходить, девочка закатила такой рев, что даже моя Лика замолчала.
- Плачет, как и ты, - вздохнула я, - не хочет в садик.
- Неее, я не так, - покачала головой Лика.
Дочь продолжала смотреть на ревущую девочку и даже не заметила, что я направилась к выходу. Лика рассеянно помахала мне рукой и опять сосредоточилась на плачущей новенькой.
На следующий день ситуация повторилась, только к нашему приходу девочка уже сидела в раздевалке и рыдала. Лика канючила, но ровно до тех пор, пока не услышала ее плач. В тот момент она опять перестала капризничать.
- Слушай, а может, ты подойдешь к девочке? - спросила я. - Расскажешь, что в саду не так уж страшно.
- Хорошо, - кивнула Лика и отправилась к ревущей малютке.
Удивительно, но моей дочери удалось успокоить новенькую. Девочка даже сказала, что ее зовут Олеся, и она очень боится идти в группу.- Не бойся, пошли вместе, - сказала моя дочь и протянула руку Олесе.
Родители новенькой с удивлением и благодарностью глядели на Лику. Я же с облегчением наблюдала, как эта парочка последовала в группу, и дверь за ними закрылась.
Вот уже несколько месяцев Лика и Олеся спокойно ходят в садик без плача. А еще они стали лучшими подругами. Теперь моя дочь даже по воскресеньям просится гулять с Олесей.
Комментарии