Муж вышел на пенсию и теперь названивает мне на работу каждый час, жалуясь на здоровье и скуку

Мой муж Виктор всю жизнь проработал инженером на заводе. Тридцать восемь лет, с двадцати двух до шестидесяти. Работа была его жизнью – он уходил рано утром, возвращался вечером, по выходным ездил на объект. Я привыкла к этому ритму. Мы с ним виделись по вечерам, ужинали, обсуждали день, расходились по своим делам. У каждого была своя территория, свои интересы.

Три месяца назад Виктор вышел на пенсию. Ему исполнилось шестьдесят, на заводе сократили отдел, предложили уйти досрочно с небольшой компенсацией. Он согласился – говорил, что устал, что хочет отдохнуть, заняться наконец собой.

Я продолжаю работать. Мне пятьдесят семь, я бухгалтер в строительной компании. Работа нервная, ответственная, но я привыкла, люблю её. Планирую работать до последнего.

Первые недели пенсии Виктора прошли спокойно. Он радовался, что можно спать сколько хочешь, не вставать по будильнику. Говорил, что займётся дачей, будет читать книги, которые откладывал годами. Я была рада за него – пусть отдыхает, заслужил.

Но через месяц я заметила, что муж начал скучать. Он вставал в восемь утра (привычка), завтракал, садился перед телевизором. Смотрел новости, потом какие-то передачи. К обеду уже зевал от скуки. Дачу так и не начал обустраивать – говорил, что холодно, что весной начнёт. Книги лежали нетронутыми.

Я приходила с работы в шесть вечера – он сидел в том же кресле, смотрел очередную передачу. Спрашивала, чем занимался – пожимал плечами: "Да ничем особо".

Мне стало тревожно. Виктор всегда был деятельным человеком, а тут превратился в овощ перед телевизором. Я пыталась предложить:

– Витя, может, запишешься в бассейн? Или в клуб по интересам?

– Зачем? Мне и дома хорошо.

– Ну найди хобби какое-нибудь!

– Найду, не торопи.

Но ничего не находил.

А потом началось самое страшное – звонки на работу.

Раньше Виктор никогда не звонил мне в рабочее время. Понимал, что я занята. Если что-то срочное – писал сообщение, я отвечала, когда было время.

Но теперь он начал названивать.

Первый раз позвонил утром, в десять часов:

– Оля, привет. Как дела?

Я удивилась:

– Витя, я на работе. Что-то случилось?

– Нет, ничего. Просто хотел поговорить.

– О чём?

– Да так, просто голос твой послушать.

Я была на совещании, сидела в кабинете директора. Торопливо попрощалась, обещала перезвонить. Директор посмотрел недовольно.

Через час Виктор позвонил снова:

– Оль, слушай, у меня голова болит. Может, мне таблетку выпить?

– Витя, ну выпей, если болит!

– А какую? Ту, что в красной упаковке?

– Да, ту.

– А может, лучше зелёную?

Я начала раздражаться:

– Витя, любую! Мне сейчас некогда!

Повесила трубку.

В обед позвонил в третий раз:

– Оль, я тут думаю, что на ужин приготовить. Может, борщ? Или солянку?

– Витя, приготовь что угодно!

– Но я не знаю, что ты хочешь!

– Витя, мне сейчас реально некогда! Я на работе!

Он обиделся:

– Ладно, извини.

Вечером пришла домой – он сидел мрачный. Ужин не приготовил, сказал, что передумал, не знал, что делать.

На следующий день звонил пять раз. Жаловался на скуку, на головную боль, на то, что плохо спал. Спрашивал советы по мелочам – включить ли стирку, выйти ли в магазин, посмотреть ли фильм.

Я начала сходить с ума. Каждый звонок отвлекал от работы. Коллеги начали коситься – телефон трезвонил постоянно. Директор сделал замечание:

– Ольга Николаевна, у вас что, семейные проблемы? Может, возьмёте отгул?

Я краснела, извинялась.

Вечером устроила мужу серьёзный разговор:

– Виктор, ты не можешь звонить мне на работу по десять раз в день!

Он удивился:

– Я не по десять! Ну пять-шесть максимум!

– Это тоже много! Я работаю! У меня совещания, отчёты, дедлайны!

– Но мне скучно! Не с кем поговорить!

– Витя, найди себе занятие! Запишись куда-нибудь, найди друзей!

– Какие друзья? Все работают!

– Ну так найди тех, кто на пенсии! Или хобби найди!

Он надулся:

– Легко сказать. А что делать конкретно?

Я вздохнула. Поняла, что он действительно растерян. Всю жизнь работал, а теперь не знает, чем себя занять.

Попыталась помочь:

– Давай запишу тебя в бассейн?

– Не хочу.

– В шахматный клуб?

– Скучно.

– На дачу съезди, начни там что-нибудь делать!

– Холодно ещё.

Я поняла, что он просто не хочет ничего. Привык быть занятым работой, а без неё потерялся.

На следующий день звонил семь раз. Жаловался на всё – на погоду, на соседей, на плохой сон, на головную боль, на скуку. Каждый раз по двадцать минут.

Я не выдержала. После пятого звонка сбросила. Он обиделся, написал сообщение: "Почему не берёшь трубку?"

Я ответила: "Я РАБОТАЮ!!!"

Вечером он встретил меня молчанием. Сидел мрачный, не разговаривал. Я попыталась объясниться:

– Витя, пойми, я не могу разговаривать с тобой каждый час! У меня работа!

– Понял. Значит, работа важнее меня.

– Не важнее! Но я не могу бросать всё и болтать по телефону!

– Я не болтаю! Я делюсь с тобой!

– Ты жалуешься! Каждый день! На одно и то же!

Он обиделся ещё сильнее. Весь вечер просидел в комнате, не выходил.

Прошла неделя. Звонки продолжались. Я начала их игнорировать – сбрасывала, писала: "Перезвоню позже". Перезванивала вечером, он обиженно рассказывал, что хотел сказать утром.

Месяц назад директор вызвал меня:

– Ольга Николаевна, я вынужден сделать замечание. Ваша продуктивность упала. Вы постоянно отвлекаетесь на телефон. Если так продолжится, придётся пересмотреть ваш функционал.

Я вышла из кабинета в ужасе. Мне грозили понижением из-за мужа, который не может найти себе занятие!

Вечером устроила скандал:

– Виктор, из-за тебя мне грозит понижение! Ты должен прекратить названивать!

Он побледнел:

– Я не знал, что всё так серьёзно.

– Теперь знаешь! Хватит! Найди себе занятие или иди работать снова!

Он обиделся:

– То есть ты хочешь, чтобы я работал?

– Да! Лучше бы работал! Хоть был бы занят, а не сидел дома и названивал мне!

– Понял. Значит, я тебе мешаю.

– Витя, ты не мешаешь! Но ты должен найти себе дело! Не может человек в шестьдесят лет сидеть перед телевизором и ждать, когда жена с работы вернётся!

Он молчал. Потом тихо:

– Я просто не знаю, что делать. Всю жизнь работал, а теперь пустота.

Мне стало жалко его. Я поняла, что он правда растерян. Но жалость не отменяла усталости и раздражения.

На следующий день он не позвонил ни разу. Я обрадовалась, подумала – наконец-то дошло.

Пришла домой – он сидел за компьютером, изучал вакансии.

– Что делаешь? – спросила я.

– Работу ищу. Раз тебе мешаю – пойду работать.

В голосе была обида.

Я вздохнула:

– Витя, я не хочу, чтобы ты работал из обиды. Я хочу, чтобы ты нашёл себе дело. Любое. Хоть волонтёром, хоть в клуб по интересам, хоть на дачу. Но не сиди дома в пустоте и не звони мне каждый час.

Он кивнул.

Прошло две недели. Виктор нашёл клуб любителей истории для пенсионеров, записался. Ходит три раза в неделю. Познакомился там с мужчинами своего возраста, они встречаются на чай, обсуждают книги.

Звонить стал реже – раз в день, в обед. Спрашивает, как дела, желает хорошего дня. Я отвечаю с удовольствием.

Вчера он сказал:

– Оль, прости, что доставал. Я просто не понимал, как жить без работы.

Я обняла его:

– Ничего. Главное, что ты нашёл выход.

Он кивнул.

Но я понимаю – это временное решение. Клуб – это хорошо, но этого мало. Ему нужно что-то большее. Может, правда стоит вернуться к работе. Хотя бы на полставки. Или найти серьёзное хобби.

Потому что три месяца пенсии чуть не разрушили нашу семью и мою карьеру.

И я теперь боюсь собственной пенсии. Вдруг превращусь в такую же – буду звонить детям каждый час, жаловаться на скуку? Нет уж. Лучше буду работать до последнего.