Сестра завидует каждой моей радости и обвиняет весь мир в своих неудачах

Вчера вечером мне позвонила мама и расстроенным голосом сообщила, что моя сестра Валентина обиделась на меня из-за того, что узнала о нашей предстоящей поездке в Грецию не от меня, а случайно услышала разговор с маминой соседкой. Я сразу поняла, что сейчас начнётся очередной виток взаимных претензий и попыток мамы примирить нас.

- Почему ты не сказала Вале, что собираетесь с Игорем отдыхать? - спросила мама таким тоном, будто я совершила какое-то преступление. - Она очень переживает, что ты от неё что-то скрываешь, считает, что вы отдаляетесь друг от друга.

Я вздохнула, понимая, что маме бесполезно объяснять настоящую причину моего молчания. Но всё же попыталась. 

- Мама, я просто не хотела лишний раз расстраивать Валю. Знаешь же, как она реагирует, когда я рассказываю о чём-то хорошем в моей жизни.

- Что ты такое говоришь? - возмутилась мама. - Валя твоя родная сестра, конечно она радуется твоим успехам. Просто у неё сейчас трудный период, и ты должна это понимать.

После разговора с мамой я понимала, что Валентина обязательно позвонит сама, и действительно, не прошло и часа, как на экране высветилось её имя. Я приготовилась к неприятному разговору и взяла трубку.

- Значит, в Грецию собралась, - начала Валентина без всяких приветствий. - И даже не подумала сестре сказать. Со всеми делишься своими планами, а я последняя узнаю, как обычно.

- Валя, мы с Игорем только на прошлой неделе окончательно определились с датами, - попыталась я оправдаться, хотя прекрасно понимала бессмысленность этих слов. Я собиралась тебе позвонить.

- Конечно, конечно, собиралась, - в её голосе звучала плохо скрываемая злость. - Только почему-то Марине Сергеевне уже всё рассказала во всех подробностях. Небось и фотографии отеля показывала. А родной сестре ничего не сказала. Ты хоть понимаешь, как это обидно?

Я сжала кулаки, пытаясь сдержать раздражение. 

- Валентина, я случайно встретила Марину Сергеевну у мамы и просто упомянула, что планируем поездку. Никаких подробностей я ей не рассказывала.

- Да неважно уже! - перебила меня сестра. - Суть в том, что ты специально от меня скрываешь. Потому что знаешь, что у меня денег на такие поездки нет. После того как Станислав ушёл, я еле концы с концами свожу. А ты со своим благополучным мужем в Грецию летаешь и боишься мне об этом сказать, чтобы я не расстроилась.

Вот оно, подумала я, началось привычное перечисление всех своих несчастий и косвенное обвинение меня в том, что у меня всё хорошо. Я попыталась мягко возразить. 

- Валя, дело совсем не в этом. Просто я действительно не хотела тебя расстраивать, зная, что у тебя сейчас непростая ситуация.

- То есть признаёшь, что скрывала специально! - её голос стал выше. - Потому что у бедной Вали жизнь не задалась. Муж бросил, дочь Ангелина замуж не выходит, работа за копейки. А у тебя всё замечательно, правда? Игорь золотой, Евгения карьеру строит, квартира, машина, теперь ещё и Греция. Конечно, зачем неудачнице сестре об этом рассказывать.

Я почувствовала, как терпение начинает заканчиваться. 

- Валентина, ты же сама прекрасно знаешь, что происходит каждый раз, когда я пытаюсь поделиться с тобой хорошими новостями. Помнишь, как ты отреагировала, когда я рассказала, что Женя получила повышение? Ты целый час говорила о том, как Ангелине не везёт на работе, как её обижают и недооценивают.

- А что, это неправда, что ли? - возмутилась Валентина. - Ангелина действительно работает больше всех, а начальник продвигает по службе своих любимчиков. Или мне нельзя об этом говорить, чтобы не портить тебе настроение своими проблемами?

- Можно говорить о проблемах, - ответила я, чувствуя, как нарастает усталость от этого разговора. - Но дело в том, как ты это делаешь. Ты не просто делишься проблемами, ты обвиняешь весь мир в своих неудачах. И каждый раз, когда я рассказываю о чём-то хорошем, ты воспринимаешь это как будто я специально хочу тебя задеть.

- Легко тебе рассуждать! - голос сестры задрожал. - У тебя муж любящий, который цветы дарит и в рестораны водит. А мой Станислав после восемнадцати лет брака ушёл к этой своей коллеге, на двадцать лет моложе. Дочь твоя успешная, замуж удачно вышла, карьеру делает. А моя Ангелина одна сидит, потому что нормальных мужиков не осталось. Ты путешествуешь, а я последние деньги считаю до зарплаты. И я ещё должна радоваться?

Я глубоко вздохнула и решила наконец сказать то, что давно хотела. 

- Знаешь, Валя, а ты хоть раз задумалась, почему так получилось? Почему Станислав от тебя ушёл? Может быть, устал от твоего вечного недовольства всем и вся? От того, что ты во всех своих неудачах обвиняешь кого угодно, только не себя?

Повисла тяжёлая пауза, и я услышала, как сестра шумно втянула воздух. 

- То есть ты считаешь, что я сама виновата в том, что муж изменил? Что это я довела его до того, что он ушёл к другой?

- Я не говорю, что измена оправдана, - попыталась я объяснить. - Но Валентина, ты же сама вечно всем недовольна. Работа плохая, коллеги завистливые, соседи шумные, подруги фальшивые, я чёрствая сестра. Ты когда-нибудь говоришь о чём-то хорошем? Радуешься чему-нибудь? Или весь мир обязан быть таким же несчастным, как ты себя чувствуешь?

- Как ты смеешь! - закричала Валентина. - Обвинять меня во всех грехах! Говорить, что я плохая! У тебя всегда всё было легко, мама тебя больше любила, тебе больше доставалось. Ты удачно замуж вышла, а мне попался изменник. Дочери твоей повезло с работой, а моей нет. И теперь ты ещё и читать мне нравоучения будешь?

- Валя, послушай, - я попыталась говорить спокойнее. - Я не хочу тебя обидеть. Но ты правда не видишь, что сама отравляешь себе жизнь этим постоянным сравнением? Да, у меня хорошие отношения с Игорем. Но мы работали над ними, преодолевали кризисы, учились слышать друг друга. Женя добилась успеха, потому что много училась и трудилась. Это не просто так всё свалилось.

- Ага, значит я ленивая и ничего не делаю для своего счастья, - голос Валентины стал ледяным. - Спасибо, что объяснила. Теперь всё понятно. Можешь дальше наслаждаться своей прекрасной жизнью и не беспокоиться о неудачнице сестре. Я и без твоих советов как-нибудь проживу.

Гудки в трубке сообщили, что Валентина повесила трубку. Я положила телефон и почувствовала странное облегчение, смешанное с грустью. С одной стороны, я наконец сказала то, что накопилось за годы молчания. С другой стороны, понимала, что этот разговор только усугубил наш и без того натянутый конфликт.

Позже вечером предсказуемо позвонила мама, огорченная и встревоженная. Валентина уже успела пожаловаться ей, естественно изобразив ситуацию так, будто я без всякой причины набросилась на неё с обвинениями. Мама просила меня извиниться, войти в положение сестры, понять её трудности.

Но я отказалась извиняться за правду. Устала скрывать радостные моменты своей жизни, чтобы не ранить Валентинины чувства. Устала от того, что каждая попытка поделиться чем-то хорошим превращается в повод для её обид и претензий. Устала чувствовать себя виноватой в том, что мой брак сложился удачно, дочь добилась успеха, а мы можем позволить себе путешествия.

Теперь я приняла окончательное решение держать дистанцию с Валентиной. Формальное общение на семейных праздниках, короткие вежливые разговоры по необходимости и больше ничего личного. Свою настоящую жизнь я буду обсуждать с теми людьми, которые искренне умеют радоваться чужим успехам, а не воспринимают их как личное оскорбление.