Мы с сестрой забеременели одновременно, но родители носились только вокруг неё

Терпение лопнуло в воскресенье, когда вся семья собралась на традиционный обед у родителей, и я в очередной раз наблюдала картину, от которой становилось невыносимо больно и обидно.

Мама суетилась вокруг Алисы, подкладывая ей самые лакомые кусочки, спрашивая каждые пять минут о самочувствии и не нужна ли дополнительная подушка под спину, хотя сестра выглядела абсолютно здоровой и цветущей на пятом месяце беременности. Отец демонстративно расспрашивал зятя о том, как проходят курсы для будущих родителей и всё ли необходимое куплено для малыша, проявляя искреннюю заинтересованность и участие в каждой мелочи.

Я сидела рядом со своим мужем Андреем и чувствовала себя совершенно невидимкой, хотя находилась на том же сроке беременности и тоже нуждалась в родительской поддержке и внимании.

— Алисочка, тебе точно удобно сидеть на этом стуле, может, переместишься на диван в гостиную, — снова заговорила мама заботливым тоном, отставляя свою тарелку и полностью концентрируясь на младшей дочери. — Я читала, что беременным нужно обязательно держать спину в правильном положении, чтобы не было проблем с позвоночником.

Сестра благодарно кивнула и начала подниматься, принимая помощь отца, который тут же подскочил и бережно поддержал её под локоть, словно она была хрустальной вазой, готовой разбиться от малейшего неосторожного движения.

Я встала следом, почувствовав знакомую тянущую боль в пояснице, которая преследовала меня последние недели, но никто даже не повернул головы в мою сторону.

— Мам, а можно мне тоже подушку, у меня спина болит после вчерашнего рабочего дня, — попросила я, стараясь говорить спокойно и не показывать накопившееся раздражение. — Врач говорил, что нужно больше отдыхать и не перенапрягаться на таком сроке.

Мама обернулась ко мне с рассеянным видом, будто только сейчас вспомнила о моём существовании, и кивнула в сторону шкафа в прихожей.

— Возьми сама в верхнем отделении, там лежат запасные подушки, — ответила она без особого энтузиазма, тут же возвращаясь к Алисе и продолжая обсуждать важность правильного питания во время беременности. — Алисочка, ты сегодня ела достаточно фруктов и овощей, я принесла специально для тебя свежевыжатый сок из моркови и яблок.

Андрей встал и молча принёс мне подушку, бросив многозначительный взгляд в сторону родителей, которые даже не заметили этого красноречивого жеста поддержки с его стороны.

Весь оставшийся обед я просидела в молчании, наблюдая за тем, как вся семья крутится вокруг Алисы, обсуждая каждую деталь её беременности, выбор имени для ребёнка, обустройство детской комнаты и планы на роды.

Когда обед закончился и Алиса с мужем уехали, я решила наконец выяснить отношения с родителями и понять причину такого вопиющего неравенства в отношении к двум беременным дочерям.

— Можно мне поговорить с вами о том, что меня очень беспокоит и задевает последние несколько месяцев, — начала я, садясь напротив родителей на диване и чувствуя, как внутри всё дрожит от волнения. — Мы с Алисой беременны практически одновременно, находимся на одинаковом сроке, но ваше отношение к нам кардинально отличается.

Мама непонимающе посмотрела на меня, явно не осознавая сути претензии и не видя проблемы в своём поведении.

— О чём ты говоришь, мы одинаково рады обеим беременностям и поддерживаем вас обеих, — ответила она с искренним недоумением. — Просто Алиса живёт ближе и чаще заходит в гости, поэтому мы видимся с ней регулярнее.

Этот аргумент показался мне абсурдным, потому что дело было вовсе не в частоте встреч, а в качестве внимания и заботы, которые родители демонстрировали исключительно по отношению к младшей дочери.

— Мама, сегодня мы были здесь одновременно целых четыре часа, и за всё это время ты ни разу не спросила о моём самочувствии, не поинтересовалась результатами анализов и не предложила помощи, — сказала я, стараясь контролировать дрожь в голосе. — Зато вокруг Алисы вы носитесь как вокруг хрустальной вазы, предугадывая каждое её желание и трясясь над каждым её вздохом.

Отец откашлялся и наконец включился в разговор, глядя на меня с выражением снисходительного понимания на лице.

— Доченька, ты же должна понимать разницу в ситуациях, — начал он назидательным тоном, который использовал для объяснения очевидных вещей несмышлёным детям. — Алиса совсем молодая, ей только двадцать два года, и эта беременность стала для неё неожиданностью, к которой она психологически не была готова.

Я слушала эти объяснения и чувствовала, как внутри растёт возмущение от несправедливости родительской логики.

— А мне тридцать лет, и моя беременность была запланированной и осознанной, что автоматически означает, что я не нуждаюсь в поддержке и заботе, — продолжила я с плохо скрываемым сарказмом. — Получается, что зрелый возраст и ответственный подход лишают меня права на родительское внимание и участие.

Мама вздохнула, будто я капризничала по пустякам и создавала проблему на ровном месте.

— Мы просто считаем, что ты справляешься самостоятельно и не нуждаешься в постоянной опеке, — объяснила она примирительно. — У тебя надёжный муж, стабильная работа, собственное жильё и жизненный опыт, а Алисе нужна наша помощь и поддержка в этот сложный период адаптации к новой роли.

Андрей, который до этого момента молчал, не выдержал и вмешался в разговор, глядя на родителей с неодобрением.

— То есть получается, что ответственность и самостоятельность наказываются отсутствием внимания, а инфантильность и неготовность вознаграждаются повышенной заботой, — сказал он жёстко. — Ваша дочь тоже беременна, тоже испытывает физический дискомфорт и эмоциональные переживания, но вы даже не замечаете этого.

Родители переглянулись, явно не ожидая такой резкой реакции и обвинений в несправедливом отношении к дочери.

— Мы не хотели тебя обидеть и действительно не замечали, что ты чувствуешь себя обделённой вниманием, — начала мама оправдываться. — Просто у нас сложилось впечатление, что ты прекрасно справляешься со всем самостоятельно и не нуждаешься в нашем участии.

Я покачала головой, понимая бесполезность дальнейших объяснений, потому что родители искренне не осознавали глубины моей обиды и разочарования.

— Каждая женщина нуждается в материнской поддержке во время беременности, независимо от возраста и жизненного опыта, — сказала я тихо, вставая с дивана.  

Родители опустили глаза. А мне просто хотелось чувствовать, что они радуются моему будущему материнству так же искренне, как радуются беременности младшей дочери.